Джулиан развернулся и направился между стеллажами. Через несколько шагов оглянулся.
— Вы идёте?
София последовала за ним.
Он двигался легко, небрежно, но она заметила: ни один шаг не был случайным. Джулиан то замедлялся, чтобы она поравнялась с ним, то сворачивал в узкие проходы, где им приходилось идти почти плечом к плечу.
— Ваш брат часто отправляет вас развлекать пленниц? — спросила она.
— Только самых опасных.
— Я опасна?
— Вы исцелили раненого на арене, хотя знали, что за это можете поплатиться. Затем позволили моему брату надеть на вас ошейник и всё равно не стали ему кланяться. Да, я считаю вас опасной.
— Вы говорите так, будто это комплимент.
Под водопадом
Цезарь пришёл за ней на рассвете.
София уже не спала. После появления Джулиана ей почти не удалось сомкнуть глаз: в памяти снова и снова всплывали светлые волосы, зелёные глаза, насмешливая улыбка и ощущение его руки на талии во время полёта.
Она злилась на себя за то, что рядом с ним ей было легко.
С Цезарем всё было иначе.
Рядом с ним она постоянно помнила, что должна быть осторожной. Каждое слово могло обернуться приказом, каждое прикосновение — напоминанием о власти. Он обращался с ней как с пленницей, как с частью военной добычи, как с женщиной, которую ему позволили забрать вместе с побеждённым королевством.
И всё же именно его прикосновения преследовали её по ночам.
София стояла у окна, когда дверь открылась.
Цезарь вошёл один.
На нём был тёмный дорожный костюм, высокий воротник расстёгнут, на поясе висел короткий меч. За спиной не было ни стражи, ни слуг. Только холодный взгляд и выражение лица, которое не обещало ничего хорошего.
— Собирайся, — сказал он.
София медленно повернулась.
— Куда?
— Со мной.
— Это не ответ.
— Тебе не обязательно знать всё, что происходит в твоей жизни.
— Как удобно.
Цезарь задержал на ней взгляд.
— У тебя десять минут.
— А если я не захочу?
— Тогда я отнесу тебя к дракону в том, что на тебе сейчас.
София посмотрела на него с вызовом.
— Вы часто угрожаете женщинам?
— Только тем, которые заставляют меня ждать.
— Боюсь, сегодня вам придётся потренировать терпение.
Цезарь сделал шаг вперёд.
— Не испытывай меня, Лиана.
Чужое имя болезненно отозвалось внутри.
София не позволила себе показать это.
— И куда же вы собираетесь отвезти свою пленницу?
— К водопаду.
Она ожидала чего угодно, только не этого.
— Зачем?
— Чтобы ты перестала задавать вопросы.
— Это не сработает.
— Я знаю.
— Тогда зачем?
В его взгляде промелькнуло что-то похожее на раздражённое сомнение.
— Потому что я так решил.
Разумеется.
София отвернулась и подошла к шкафу. Выбрала простое платье из плотной серой ткани, накинула сверху плащ и закрепила волосы. Цезарь всё это время молчал.
Она чувствовала его взгляд на себе.
Не такой, как у Джулиана. Взгляд младшего принца был лёгким, почти игривым, скользил по ней, как солнечный луч. Цезарь смотрел иначе — тяжело, внимательно, будто видел не платье и не лицо, а каждое напряжение мышц под кожей.
Будто хотел понять, почему она отдаляется от него.
Будто не имел права требовать ответа, но всё равно требовал.