– Мне это не нравится, – не дожидаясь вопроса, тягуче произнес он.
Карис подождала, что призрак скажет еще, но тот замолчал. Тогда она спросила сама:
– Что тебе не нравится?
– Другая, которая визжала. Они боялись. Я никогда не думал, что от меня потребуют охотиться на женщин. Причинять им боль.
– Это задание дали тебе Верховные?
– Они дали это задание нам всем. – Призрак кивнул, соглашаясь. –Глашатай смерти Карис Эска. Мы должны найти ее и уничтожить. Только тогда, сказали Верховные, мы будем в безопасности. Эфириты не узнают.
У Карис пересохло во рту.
– О чем не узнают эфириты?
– Верховные этого не говорят, нам – не говорят. Нашим хозяевам следует пребывать в неведении и спокойствии, это значит, от Карис Эски нужно избавиться. Они сказали: незачем разжигать лесной пожар только для того, чтобы спалить паучье гнездо.
Сердце Карис забилось чаще.
– Значит, Верховные… обманывают своих хозяев? Насчет Карис Эски?
– Не обманывают, просто скрывают. Конструкты перестали ее искать, и мы подумали, что она мертвая, но Верховные сказали: надо убедиться. Они считают, что она могла задумать уйти через границу в Вареслию.
– И вас послали сюда поэтому?
Значит, Новая милость не следила за ней – они просто хотели знать о ее передвижениях.
– Сколько еще отрядов находится у границы?
– Два, между Геои и Хасаре. Святые дежурят на каждом посту, но мы сильно рассредоточены.
«Безнадежно». Чего так напугались Верховные?
Ферайн у нее за спиной помалкивал и не шевелился, но Карис чувствовала, что он внимательно слушает.
– Почему Эску так боятся? Почему из-за нее вся эта возня?
– Не знаю.
– Верховные полагают, что она может расстроить планы эфиритов? Так?
Призрак помолчал несколько секунд, затем сказал:
– Моя хозяйка меня пугает. Я не хочу, чтобы она отозвала контракт.
От запаха его крови у Карис саднило горло. Завеса по краям призрака натянулась.
– Тебе так сказали? Что если Карис Эска уцелеет, твоя госпожа отзовет твой контракт?
– Моя служба еще понадобится.
Что это означало? Карис не могла позволить себе слишком давить на него, призрак святого был и так нестабилен. Похоже, Верховные держат младших святых в неведении, утаивая от них информацию. Берегут секреты даже от своих. «Что они, интересно, скрывают?».
– Что тебе известно о Ферайне Талиаде?
– Я не знаю этого имени.
– А о Вареслии? Почему напали на тот корабль около Сайкамита?
Призрак смотрел на нее все с тем же смятением на лице.
– Я никогда не был в Сайкамите и не знаю, какую опасность там увидели наши вожди. Они лишь сказали, что, если мы провалим это дело, наши контракты отзовут. Я боюсь свою хозяйку. Не хочу, чтобы она отозвала мой контракт.
Карис прижала ко лбу ладонь. Похоже, и этот разговор ничего не даст, а она не могла позволить себе и дальше ходить по кругу – слишком много времени утекло. От усталости кружилась голова. Но истина была так близко. Наверняка есть способ вытянуть ее на поверхность, надо только правильно подобрать вопрос…
– Карис, – окликнула ее Винола.
Глашатай вздрогнула и обернулась. Торайгианка стояла на берегу ручья, взгляд ее был мрачный и в то же время решительный. Легким движением пальцев она показала, что пора закругляться. В руке она держала связку веточек. Помедлив, Карис кивнула и снова повернулась к святому.
