Клава молчала.
– И сына настраивала против меня. Все говорила ему, какое я ничтожество. А я, наверное, таким в его глазах и выглядел. Дерганый, усталый, времени постоянно нет. А она продолжала помыкать мной и сыном. Думал, появится у нее новая семья, станет полегче, но нет. Что с ней не так? Или она права, и это со мной все не так?
– Я не знаю. – честно сказала Клава. – Она же вам не мама, вы сами ее выбрали.
На этот раз Леонид Васильевич негромко рассмеялся.
– Я тоже хотела сбежать, хотела отвязаться, но в итоге все вернулось туда, откуда начинала. Телефона отца не знаю, я не знаю телефона даже Олежкиного отца. Наверное, это о чем-то говорит.
– Наверное, – согласился Леонид Васильевич.
– Если вам так хочется жениться на ком-то вздорном – женитесь на моей маме, – сказала Клава. – Она вас любит. Точно знаю, что любит.
– Что ты такое говоришь, Клавдия? – проскрипела Мария Васильевна, внезапно открывая глаза. – Как ни стыдно? Не слушайте ее, Леонид Васильевич.
Леонид Васильевич испуганно дернулся.
– Клава, да пусть присядет, – сказала Мария Васильевна. Клава послушно поднялась со стула.
– Садитесь, садитесь.
Леонид Васильевич послушно сел, сведя тощие коленки, будто ему срочно захотелось в туалет.
– Как здоровье? – спросил он.
Мария Васильевна сначала не нашлась что ответить. Она лежала в выцветшей ночной рубашке на койке, после реанимации, и выглядела так себе.
– Помаленьку, – сказала она. – А ваше?
– Тоже так, – сказал Леонид Васильевич.
– Как сын ваш?
– Совсем от рук отбился. Молодежь сейчас такая пошла.
– Я лучше пойду, – сказала Клава и, прижимая сумочку к груди, выскользнула из палаты.
Димка, сын Леонида Васильевича, в самом деле сидел в холле, задремал на скамейке, склонив голову на грудь.
– Чего спишь, дуралей? – спросила его Клава, мягко пихнув в бок.
– А? – Димка уставился на нее, явно не соображая где находится, и кто перед ним. Темные волосы собраны в хвост, вместо анимешной толстовки – клетчатая рубашка с рукавами, на ногах кроссовки из отцовского магазина. Клава задержала на них взгляд.
– Как мама? – спросила она.
– Лучше, – сказал Димка, хлопая глазами.
– Моя, вроде, тоже, – сказала Клава, устраиваясь рядом на лавочку. – А с отцом у тебя как?
– Нормально.
– В школе как дела? – продолжала задавать дежурные вопросы Клава.
– Тоже нормально.
– Клевые кроссовки. Отец подарил?
Дима покосился на Клавдию. "Чо пристала?" явственно читалось на его лице.
– Ага.
– Давно?
– Не.
– Ты ведь в курсе, что если из магазина что-то пропадает, то недостачу вешают на продавщиц? – спросила Клава.
– Я ничего не крал.
– Правда? – вкрадчиво спросила Клава. – Леонид Васильевич не самый наблюдательный человек, особенно когда дело касается тебя. Но девчонки из магазина не просто так тебя не любят.
– Очень мне нужна их любовь, – фыркнул Димка и беспокойно отодвинулся от девушки. Клава вздохнула. Не ее это дело, думала она, но неплохой же парень. Жалко.
– Не хочешь признаваться – не признавайся, но не делай так больше, – сказала она, – не разочаровывай родителей.
Димка скривился и после паузы совсем тихо сказал.
