– Ладно.
Он хотел сказать что-то еще, чем-то поделиться, но смолчал.
– У тебя в самом деле все хорошо? – спросила Клава
Димка пожал плечами.
– Да задрало все, – сказал он. – Переходный возраст, переходный возраст, как будто это все объясняет. Родители говорят, что добра мне желают, а сами…
Клава потрепала Димку по голове, тот сердито отодвинулся.
– С лавки не упади, – насмешливо сказала Клава. – Даже я тебе добра желаю, а я просто соседка твоего отца.
Димка улыбнулся.
– А Мария Васильевна в школу еще вернется? – спросил он, наконец расслабившись. – А то у нас заменяет дура какая-то.
– Не знаю, наверное, – сказала Клава.
– Говорят, на нее дело хотели открыть, – продолжал болтать Димка, – после того как Ванька с крыши сбросился. Хотя она-то при чем?
–Что? – оторопело спросила Клава.
– Ты что, новостей не смотришь? – удивился Димка. – Ванька из параллельного…
Клава закрыла лицо рукой. В самом деле, на съемном жилье она прожила последние месяцы без телевизора и стабильного интернета. Димка вошел во вкус и с энтузиазмом рассказывал последние школьные новости, делая драматические паузы и понижая голос.
– Даже видюха есть, – сказал Димка и полез за телефоном.
– Видео? – ужаснулась Клава. – Не хочу смотреть.
Она уже из-за одного упоминания нарисовала себе ужасные картины произошедшего, подкрепленные уже виденными сюжетами из телевизора. Порой какой-нибудь подросток глотал смертельную дозу таблеток или прыгал с крыши, и тут же всплывали другие случаи подобного поведения. И все это начинало походить на массовый психоз, раскручиваемый СМИ, отчего становилось совсем худо.
Димка положил телефон обратно.
– Да его понимаю, – сказал он. – Чего хорошего от жизни ждать?
– Всего! – сказала Клава, все еще под впечатлением. – Пока жив, все можно сделать, всего что пожелаешь! Стать кем захочешь, влюбиться взаимной любовью, увидеть столько всего!
– Сама-то ты стала кем хотела? – спросил Димка, явно намекая, что он ей не верит.
– Я все сорта мороженного из киоска рядом с домом перепробовала, – сказала Клава, – и ни о чем не жалею.
– Ого, – сказал Димка с долей уважения.
– А этот Ванька теперь и этого не сможет.
– Да ладно тебе, он только ногу сломал, – сказал Димка, – упал неудачно… или удачно? Не разберешь.
Клава выдохнула.
– Не пугай там меня больше. Дебил малолетний этот твой паралельник, бедная моя мама, – пробормотала она.
– Теперь тебе его не жалко, – усмехнулся Димка.
Самую малость, – сказала Клава. – Ты-то только глупостей не делай.
– Нууу, раз ты сказала. – протянул Димка все так же усмехаясь.
Клуша, кряхтя, поднялась со скамейки.
– Молодежь, – ворчала она. – Мы такими не были.
Дом, работа и больница. Клава редко бывала так занята. Пришлось записывать дела на день, иначе Клава могла запросто забыть купить хлеба по дороге домой, или однажды прошла мимо частного детского садика, куда удалось устроить Олежку. Возвращалась бегом.
Все больше Клава убеждалась, что в депрессию сталкивает вовсе не горе или какое-то неприятное событие. Напротив, стресс заставляет мобилизоваться и стараться выбраться, изменить к лучшему хоть что-нибудь. Депрессия наступает тогда, когда Вселенная продолжает бомбардировать неприятностями изо дня в день. Новыми и изощренными.
