— Поверь, тебе лучше не знать — крепче спать будешь.
— А где Сашка? — спросил Аракс, оглядывая комнату. Он никак не находил его взглядом. Только Кузнецов, молча покачиваясь, сидел на стуле.
— Подышать на крыльцо вышел. Я думала, вы встретились.
— Нет, мы его не видели. Странно. Как он себя чувствовал?
— Вроде получше. Я его спросила, когда он встал, он только большой палец показал. Да и сказал, что тут душно.
— Сказал же — не разделяться, — раздражённо прорычал Аракс. — Вернётся — по башке настучу засранцу. Так, давайте посмотрим, что мы нашли.
Пумба с Кириллом подвинули к центру самый большой стол и выложили все записи, что им удалось принести.
Ворох папок и бумаг заполонил всё свободное пространство. Какие-то отчёты, результаты экспериментов, служебные записки, написанные на машинке или от руки — размашистым мужским почерком или аккуратным женским.
— Нам это несколько дней разбирать, — промолвила Катя, выкладывая очередную порцию бумаг из котомки Кирилла.
— А давно ушёл Сашка? — спросил Пумба. Он закончил разгружать свой баул, встряхнул его, чтобы тот принял прежнюю форму, и повесил на свободный стул.
— Да минут за пять, наверное, до вашего возвращения. Странно, что вы у входа не встретились, — ответила Катя. Она тоже обратила внимание на отсутствие Сашки. Это вызвало в ней лёгкое беспокойство.
— Пойду ко входу, гляну. Может, плохо ему стало, — сказал Аракс, так же заканчивая со своим кителем. — Заодно и перекурю.
— Ты если что — зови, — ответил ему Пумба.
— Я с вами выйду? — встрял Кирилл в разговор товарищей. — Тоже хочу перекурить.
Глава XIX: Бремя живых.
— Иди, — тихим, совсем поникшим голосом проговорил Аракс. — Оставь меня одного.
Кирилл молча кивнул. Он стоял в дверном проеме, немым наблюдателем. Сашка для него был никем. Суток не прошло с их встречи. Но внутри него росло что-то тяжелое. Как камень. Так же он чувствовал себя возле тела Васьки.
Он молча вышел и спустился на улицу. Светило солнце — как усмешка над произошедшим. Кирилл сощурился, сел на крыльцо и закурил. Дым тонкой ниткой устремился вверх.
Аракс сидел молча. Сжимая в руках обугленные, еще теплые жетоны, он смотрел в одну точку. Внутри него бушевал ураган из злости, обиды и жалости. Он не мог понять — как всё это произошло. Как он мог потерять троих за такой короткий срок. Как? И кто это с ними сделал. Не человек…
…Пумба в очередной раз вышел в коридор покурить. Катя услышала звук зажигалки и кашель.
— Ты часто бегаешь курить, — сказала она.
— Ничего не могу с собой поделать, это нервное. Что-то давно их нет. Может, выйти, глянуть?
— Я с тобой. — Катя, несмотря на то, что Кузнецов извинился перед ней, а весь его вид вызывал лишь жалость, не могла оставаться с ним наедине.
— Позже сходим. Надо с бумагами разобраться, — возразил Пумба. — Это важнее.
Он вернулся к столу и взял очередной документ. «Результаты действия сыворотки по рецептуре начальника лаборатории Вольской» — гласило название.
«Количество испытуемых: 15 человек; Препарат: сыворотка. Разработка: начлаб Вольская. Вариативность: 3. Ожидаемый эффект: повышение выносливости, физической силы. Методология: один вариант сыворотки вводится трем подопытным. Оставшиеся шесть являются контрольной группой».