— Никаких «в дальнейшем»'!!! И, главное, почему ты всегда приводишь её голышом?
— Ей самой так нравится, — заявила Октавия. — Но, если вам больше нравится в одежде, я могу спросить у горничных, ответственных за сеть салонов, говорят, что у них новая коллекция кружевного белья…
— Нет, отставить кружевное бельё! Укройте, накормите девушку и отведите обратно на территорию племени! Безобразие.
День предстоял насыщенный — потому что мы ожидали прибытие ни много ни мало целого нового городского квартала.
Летающий дворец «Восход» за неполную неделю совершил свой неспешный перелёт через половину шарика Герберы и теперь медленно вырастал на горизонте из-за дымки холмов.
Всё. Последние министерства, ведомства, государственные конторы из тех, что было возможно — я перевёз сюда, в Королёв. Осталось только с десяток бюджетных организаций, которые завязаны на межпланетную торговлю и требовали быстрый доступ к Лифту — их я оставил, посадив в Королёве представительства.
Вечером я выступал в зале министерств и коллегий. Да уж, контингент, хоть мы его и хорошо так проредили после Церберовых, не блистал гениальностью и рвением к работе.
Такое часто бывает: если посадить одного коррупционера, который держал свой кусок бизнеса и худо-бедно им управлял, наводил порядок — то в первые недели после этого начиналась временная анархия.
А ещё и денежная реформа с переходом на имперки…
— Ваше Сиятельство, а жалование уборщикам в Западной Гербере когда подымете?
— У нас нехватка финансирования. Мы тут аудит провели, там такие растраты были, такие растраты…
— Ваше Сиятельство, надо дорогу до Церберска ремонтировать, а фирма обанкротилась.
— А у нас подрядчик в Помпаду сбежал. Вместе с семьёй.
— Ваше Сиятельство! Наш отдел уже почти неделю ждёт контейнер с уборочными дронами с Гиацинта. Департамент лифтовой службы утверждает, что стоянки для контейнеровоза нет…
И всё это на меня! Всё на меня.
Кадры, кадры! Нам нужно больше кадров.
Вечером по старой, уже позабытой традиции Семёныч во внутреннем дворике Зала Ожидания космопорта жарил шашлык из кисубака, которого притащили пустынгеры из ополчения. Малой компанией жарили — я, он, Илья, Роберт, Октавия и Макс. На этот раз был маленький, жилистый такой кисубак был. Всех покрупнее в округе съели.
Вот такие они, последствия форсированной урбанизации.
Да и дворик теперь у Семёныча был огороженный, прибранный, цивильный, с сигнализацией и прочим. Хозяин космопорта так и не решил уезжать в новые коттеджи со своего места работы — просто огородился десятком соток вокруг флигеля здания, вокруг которого уже сновали туда-сюда глайдеры и кипела набирающая обороты столичная жизнь.
— Раньше как-то поспокойней было, Александр, не находишь? — спросил Семёныч, глядя на возвышающиеся небоскрёбы нового городского квартала, видневшиеся над верхушками домов.
Ну, я его мог понять. Ещё шесть с половиной месяцев назад тут не было ни души. Только он, броненосец Потёмкин, не носивший ещё тогда такого имени, ну и иногда Илья заезжал… А теперь такое!
— Я вот думаю… Может, мне на пенсию уйти, а? — спросил Семёныч. — Всё как-то и так хорошо работает. Без меня. Ребята толковые вроде бы нашлись… Сейчас ремонт зала ожидания доделаю, и, может, того?
