Я сопротивляюсь в панике, еще слишком живы воспоминания о том, что здесь со мной произошло. А еще борюсь с возбуждением, которое нарастает внутри от его властных прикосновений.
Ксавье держит меня все крепче, а я дерусь все отчаяннее. Зарычав, он разворачивает меня к себе лицом. Я вырываюсь:
– Пусти!
Он не отвечает, и я снова пытаюсь его ударить. Бью кулаком в плечо, но его хватка не ослабевает. Он берет меня за шею сзади и притягивает ближе, прижимаясь ко мне всем телом.
– Ты сделала ставку и проиграла. А теперь будь хорошей девочкой и дай себя трахнуть.
Ксавье толкает меня к алтарю. Потом хватает за талию, поднимает в воздух и, глядя жарко и голодно, сажает на камень. Сердце колотится как бешеное, кровь грохочет в жилах. Его взгляд и участившееся дыхание и пугают, и возбуждают одновременно.
Я и моргнуть не успеваю, как он хватает меня за горло и швыряет на плоскую поверхность, выбивая воздух из легких. Потом садится верхом, поставив колени по сторонам от моих бедер, и склоняется ко мне почти вплотную. Я понятия не имею, чего ждать, и он не оставляет мне времени на раздумья.
Просто защелкивает наручник.
– Сними это, – задыхаясь, шиплю я.
В ответ он приковывает и второе запястье. Я лежу на холодном камне, глядя на парня, который пригвоздил меня к нему.
– Я хотел наказать тебя, – наклонившись, говорит Ксавье, – но, думаю, к концу ты перестанешь считать это наказанием.
Он достает из кармана нож – лезвие сверкает в лунном свете, – проводит острием по кружевному лифу, глядя мне в глаза и свободной рукой удерживая за горло. Одно движение – и тонкая ткань разрезана надвое.
Ксавье ножом разводит половинки лифа в стороны, я охаю, ощутив на коже холодный воздух. Соски твердеют под его взглядом, я сдвигаю ноги, чтобы справиться с жаждой ощутить его внутри. Он продолжает ножом кромсать мое платье, и вот я остаюсь в одном лишь нижнем белье.
– Как мило, – произносит он.
Задержав дыхание, ощущаю, как он кончиком ножа выводит узоры на моей коже. Но при этом не оставляет ни одной царапины. Просто играет, зная, что чувство опасности усиливает возбуждение.
И он совершенно прав.
Наконец он разрезает и отшвыривает в сторону последнюю полоску кружев. Кладет нож рядом со мной и начинает гладить руками обнаженную кожу, не сводя с меня глаз. Я вижу, как его зрачки сокращаются от похоти.
И не могу дышать. Груди тяжелеют, умоляя его о ласке. Киска трепещет, желая, чтобы он погладил и наполнил ее. Я и не подозревала, что могу такого хотеть.
Ксавье проводит пальцами вниз по животу, касается клитора и погружает их в вагину. И наверняка ухмыляется под маской, ощутив влагу.
– Какая ты мокрая!
Он скользит вниз по моему телу, и я приглашающе развожу бедра. Нет, я еще не умоляю, но уже близка.
– Если я тебя не растяну, ты не сможешь меня принять, – говорит он.
И вводит в меня палец до первой фаланги. Я замираю от нового ощущения. Он не останавливается, продолжает, и вскоре его ладонь накрывает мою киску.
– Черт, ты меня просто убиваешь, – хрипит он.
Я не успеваю выяснить почему, ведь тут он начинает двигать пальцем вперед-назад, поглаживая меня изнутри. Закрыв глаза, выгибаю спину и двигаю бедрами в одном ритме с его рукой.