– Votum meum tibi[6] , – шепчу я. – Tibi semper sum[7] .
Мне еще аукнется то, что на церемонии я разозлил отца. Но я не мог прогнуться. Ведь это означало бы дать понять, что я согласен на уступки во всем, что касается Делайлы. Никто, даже уважаемые члены совета, не будет указывать мне, как обращаться с моей невестой.
Это не значит, что я не буду играть по их правилам. Открыто бросить вызов Ордену – все равно что засунуть себе в рот пистолет. При всей их любви к династиям и семейным узам, они тебя закопают, не моргнув глазом.
Хорошо это или плохо, но Охота на невест привела Делайлу ко мне. Заполучить ее, иметь безграничные права на эту девушку – вот чего я хотел с того дня, как впервые ее увидел. Я не желал, чтобы вышло именно так. Я хотел просто жениться на ней, а не сделать «невестой» по правилам Ордена, но, как это часто бывает, все пошло к черту. Теперь, раз она попала в поле зрения Ордена, мне остается лишь оберегать ее.
Для меня до сих пор загадка, почему они ею заинтересовались. Подозреваю, что всему виной Эрик. Конченый садист, еще и на машине сбить ее пытался. Но меня не оставляет мысль, что в этой игре есть кто-то еще.
Возможно ли, что Орден обратил внимание на Делайлу из-за Бенджамина? Из-за того, что тот мечтал заполучить ее в жены? Я усмехаюсь в тишине. Он знает, что нельзя было так ее подставлять. Теперь за ней будут следить каждую гребаную минуту, пока она не умрет. Или не выйдет за меня.
Конечно, отец мог узнать, что я одержим ею. Но это вряд ли. Я, словно драгоценность, прятал ее глубоко-глубоко, куда никто не сможет проникнуть. Вернее, не мог до сегодняшнего дня.
Теперь мне придется действовать тонко и хитро, по счастью, это умение меня заставили освоить вместе с другими навыками. Искусство убивать я довел до совершенства. Но влияние моего отца нельзя недооценивать.
В этой жестокой игре теней ставки очень высоки. В моих руках – ее жизнь. И ее тело.
Осталось лишь заполучить ее сердце.
Глава 33. Делайла
С губ рвется стон.
Низкий, грудной. Он похож на зов сирены, призывающей мужчину. Так стонет женщина, которая тонет в удовольствии. Или в боли.
Между бедер ноет от отчаянной жажды наполненности. От желания кончить. Может, я и девственница, но знаю, чего хочет мое тело.
В клиторе зарождается удовольствие, я выгибаюсь, раздвигаю колени и широко развожу бедра. Они сами собой подаются вперед, удовольствие нарастает.
– Славная девочка, – произносит низкий грешный голос.
Охнув, распахиваю глаза.
Ксавье. Твою мать!
Сонный туман рассеивается, я вскидываю голову. Ксавье ласкает меня ртом, а его темные волосы при каждом движении царапают нежную внутреннюю поверхность бедер. Он обводит языком клитор, и у меня поджимаются пальцы на ногах. В горле рождается еще один стон.
Тело уже сдалось под его опытными прикосновениями. Но я не позволю ему сломить мою волю.
Запускаю пальцы ему в волосы и резко дергаю. Он протестующе ворчит. И от этой вибрации из груди рвется стон, который мне лишь с большим трудом удается подавить.
Я снова дергаю его за волосы, на этот раз сильнее. Но он не поддается, лишь начинает сильнее работать языком.