– Может, тогда мне не стоит ничего знать?
Это ложь. Я хочу знать все.
Как бы там ни было, что бы Бен ни думал, я и так давно уверена, что Орден грозит мне смертью. С того самого момента, как до меня дошло, насколько они могущественные и влиятельные, стало ясно, что так просто от них не скрыться. Единственный выход – узнать о них все и найти способ дожить до конца моего контракта.
О том, что будет после, я думать себе не позволяю.
– Я доверяю тебе, – говорит Бен. – Всегда доверял и всегда буду.
– Я никому ничего не скажу. Просто хочу понять, с чем имею дело.
– Это гильдия убийц, Лайла.
У меня отвисает челюсть, и слова застревают в горле. Несколько секунд я просто таращусь на него, потом захлопываю рот.
– В смысле… убийц людей?
– А бывают другие убийцы? – криво усмехается Бен.
– Нет, но… Серьезно? – Он кивает, а я только моргаю, пытаясь это переварить. – Ни хрена себе! Все еще хуже, чем я думала.
– А что ты думала?
– Не знаю, – всплескиваю руками я. – После церемонии с невестами я решила, что вы просто сборище чокнутых извращенцев, но и представить не могла, что вы убиваете людей. Это же…
– Это безумие. Я знаю.
– Ты когда-нибудь… ну, ты понял?
Лицо Бена каменеет.
– Да. Меня вызывал Орден.
– Так вот что значит «повестка»?
– Да.
– То есть сейчас Ксавье…
Я хлопаю ладонью по губам. Все, что я скажу о Ксавье, касается и Бена, а я не хочу обижать его своим осуждением. И в то же время внутренне еще как осуждаю. Губы у Бена кривятся, видимо, мне не удается скрыть свои чувства.
– Да, он сейчас на задании, – отвечает Бен. – Нам строго не рекомендуется с кем-либо связываться в это время. Вот почему я тебе не писал. Клянусь, Орден отслеживает наши телефоны и читает сообщения, и я не хотел тобой рисковать.
– Как ты вообще в это вляпался?
– Я бастард члена одной из семей основателей, – отвечает он. – Видимо, мать меня не хотела, но и отцу отдавать не пожелала. Считала, что, если он меня не найдет, это повредит его наследию. А впрочем, кто знает, сейчас они оба мертвы. Я без понятия, зачем богатые что-то делают, если не ради денег и власти.
– Но ведь ты и сам, как оказалось, из богачей.
– Не говори так, – резко перебивает он. – Я все тот же. Я не позволю им меня изменить.
У меня не хватает духа сказать, что они уже его изменили. Тот Бен, которого я знала, мог только рассуждать о том, чтобы кого-то убить, но никогда бы этого не сделал. А теперь он лишил человека жизни – может, и не одного – и рассказывает об этом без колебаний.
Я подхожу к нему и неуверенно касаюсь его предплечья.
– Мне жаль.
Он накрывает мою руку своей.
– Ты ни при чем. Иногда я даже думаю, что это из-за меня ты вляпалась в это дерьмо. Может, если бы мы не выросли вместе, Орден не выбрал бы тебя.
– Ты про мой контракт?
– Он настоящий, но повод, из-за которого тебя заставили его подписать, полная хрень. Они, как я понял, специально выбирают бедных девушек без родни, чтобы те не могли им противостоять и чтобы никто по ним не скучал, если вдруг что.
Я отдергиваю пальцы, будто обжегшись.
– Понятно.
Бен хватает меня за руки, не давая отступить. И вглядывается мне в лицо в поисках понимания, которое я, вполне вероятно, не смогу ему дать. В тревоге и отчаянии он сильнее стискивает мои пальцы.