Специально уже не в первый раз про деньги говорю: судя по тому, в какой больнице лежит бабушка Эрики, прижиматься им приходится. Не, я, конечно, знаю, что городские больницы могут быть не хуже частных и про эту тоже потом читал, но в любом случае, любая финансовая помощь Крючковой лишней не будет. Папа умер, мама непонятно где…
А я зарабатываю. Не против делиться. Тем более, ради такого дела. Даже занятно будет посмотреть, как Эрика станет меня тренировать.
Судя по тому, как она ощутимо мнётся — я прав насчёт денег. Собираюсь подкинуть ещё парочку аргументов, как Крючкова вдруг выпаливает:
— Два раза в неделю. И ты не выпендриваешься. И не подкатываешь. По тысяче за час.
Ммм, хваткая девчонка. Ещё и правила мне тут качает.
— Деловой подход, — не сдерживаю ухмылки.
Эрика не реагирует, смотрит на меня сосредоточено и строго одновременно. Забавная такая сейчас.
— Первое занятие завтра после пар, — заявляет.
— Как скажешь, — примирительно соглашаюсь.
Да я бы на всё сейчас согласился вообще. Вроде как пока мало что значащая победа — а чуть ли не окрыляет неожиданно.
Глава 10. Эрика
С Юлианой становится всё сложнее. Оно и неудивительно — сначала я ухожу с пар с Давидом, толком ничего ей не объясняя, а потом этот придурок ко мне подходит с внезапным предложением, которое хочет изложить наедине.
Причём я ведь не могу никому рассказывать, какое оно. Даже Юлиане. Не то чтобы мне так важно сохранить тайну Давида, что драться не умеет, но вроде как доверился мне. Да и платить будет. Не стоит начинать наши тренировки с разоблачения этого придурка в чьих угодно глазах.
В общем, не нахожу ничего более умного, чем выпалить Юлиане, что его предложением было свалить с пар. И что почему именно мне, понятия не имею. Но предполагаю, что потому, что мы вчера это уже делали. А насчёт вчера — так уж получилось. Я осталась просто чтобы донести до Давида, что он был груб с Юлианой и не прав по поводу своих ран, а тот сказал, что пойдёт к врачу только если вся такая правильная я уйду с пар. Типа на понт меня взял, не из-за того, что ему что-то понадобилось, а просто так.
Про то, что я была у Давида дома, конечно, говорить не стала. Но Юлиана и без того на меня насупилась. И не верит ничему. Скептически фыркает, односложно отвечает, всячески обиду источает. А мне и убеждать подругу толком нечем — я ведь и вправду вру. Пусть и не по тем причинам, которые наверняка надумала себе она.
Ладно, с этим позже попробую разобраться. В конце концов, к чему-то её влюблённость да приведёт. Либо Юлиана перегорит, либо будет действовать активнее — и тогда, вполне возможно, Давид переключится от меня к ней.
«Зацепила ты меня крепко. Значит, будешь моей», — как назло, возникают в голове уверенные слова Давида. Такие почти что обволакивающе, спокойно мягкие, но в то же время непоколебимые, заставляющие считаться.
Ну уж нет. Заставить меня что-либо делать или думать нереально. Обойдётся Давид. И скоро ему придётся в этом убедиться.
Выбросить бы ещё из головы некстати периодически вспоминающийся жадный поцелуй…