Производство в акратофорах
Антон Михайлович Фролов-Багреев — человек удивительной судьбы. Он из тех людей, биография которых восхищает, успокаивает и волнует одновременно. Смотришь на списки дел и событий — и видишь, как огромная страсть к созиданию сшивает куски мира, перехлестывает войны и революции, строит новые куски мира так, как будто нет вокруг камнепада. Похожее впечатление, например, от биографии Михаила Алексеевича Лаврентьева, основателя новосибирского Академгородка и многого другого.
Так вот, Антон Михайлович родился в 1877 году, в 1902-м окончил естественное отделение физико-математического факультета Петербургского университета и благодаря рекомендательным письмам Д. И. Менделеева поехал стажироваться в Копенгаген (микробиология бродильных производств), в Бордо, в Порто. С 1904 года работал химиком на шампанском производстве в Абрау-Дюрсо, но в 1905-м был уволен за участие в революционных выступлениях и даже кратковременно выслан в Сибирь. После возвращения работал в Никитском саду. Проще говоря, успел поработать в самых лучших местах. К 1916 году Фролов-Багреев дослужился до звания статского советника.
В 1919 году он вновь оказался в Абрау-Дюрсо и занимался спасением от разграбления и восстановлением полуразрушенного хозяйства. Повороты жизни бывали самые драматические. В 1924 году он много работал на Дону, в Новочеркасске — закладывал мадерную камеру, читал лекции, работал вместе с Н. Н. Простосердовым, основателем советской школы дегустации. Донское виноделие подверглось глубочайшему изучению в области химии и технологии виноделия. Через серию укрупнений лаборатория Фролова-Багреева к 1936 году доросла до Всероссийского научного института виноградарства и виноделия[73] .
Фролов-Багреев был лауреатом Сталинской премии, имел три ордена Трудового Красного Знамени, а также являлся заслуженным деятелем науки и техники РСФСР. Его работа была огромной и разнообразной: разработка метода быстрого производства игристого вина в стальных емкостях — акратофорах, существенная переработка самой конструкции акратофоров, работа с шампанскими и хересами, участие в организации первого завода[16] по производству игристых вин по новому методу, увеличение объемов производства до 8 млн бутылок, написание монографии «Советское шампанское. Технология производства шампанских (игристых) вин»… Фролов-Багреев учился делать классическое тихое вино и шампанское, хорошо понимал теорию виноделия и дегустации, знал юридические и производственные нюансы. А жизнь забросила его в новый мир, где пришлось освоиться и придумать новый напиток для этого нового мира.
Слово в скобках — большая редкость для заголовка книги. Правда, оно даже бросается в глаза в названии «Советское шампанское. Технология производства шампанских (игристых) вин»? Казалось бы, ну уж в заголовке-то надо выбрать одно правильное слово и написать его.
Но мир сделал рывок, не было ни правильного слова, ни подходящего напитка. Вдруг вы помните кусочек из фильма Питера Джексона «Хоббит» — в самом конце Воронья Высота рушится, и Леголас эффектно взбегает на стену по летящим в воздухе камням? Что он чувствовал — восторг или ужас? Вот примерно это же сделал и Фролов-Багреев. И слово в скобках — как летящие камни.