— Я так понимаю, это выходное пособие?
Джейсон запинается, а спесивая улыбка меркнет.
Явно не такой реакции он ждал. И теперь знаю наверняка: унижение бывших сотрудников никогда не было случайностью.
Этот ублюдок — настоящий садист, и я бы с огромным удовольствием плюнула ему в кофе, вмазала бы по яйцам, чтобы искры из глаз посыпались, и перезнакомила бы всех его любовниц между собой. Но во мне, к несчастью, самообладания больше, чем нужно.
Пожалуй, даже слишком.
— Да, в том количестве, которое компания сочла уместным, — откашливается он.
Подхватив листок прежде, чем загребущие лапы успевают дотронуться, я переворачиваю его и прикусываю язык, чтобы не выпустить наружу яростный смешок.
Это что, шутка?
Из горла вырывается сухой, лишенный всякого веселья смех.
К черту самообладание.
— Компания сочла уместным выплатить мне недельную зарплату при немедленном увольнении? — я склоняю голову набок, в упор глядя на самого ничтожного человечишку на свете. — Сочли уместным выдать сотруднице, чья нагрузка выросла втрое безо всякой прибавки, сумму, которой хватит лишь на бак бензина и корзинку продуктов? — щеки сводит от того, насколько натянутой становится улыбка. — Компания сочла уместным выставить за порог единственного графического дизайнера даже после того, как ее заставили молчать о домогательствах драгоценного блатного сыночка?
Это задевает его за живое.
БАМ.
Джейсон хлопает по столу с такой силой, что из офиса за моей спиной доносится испуганный вздох.
— Ты подписала соглашение о неразглашении, — цедит он, тыча в меня мясистым пальцем.
И вот теперь улыбка становится искренней.
— Исчезающими чернилами.
У Джейсона отвисает челюсть, а на шее отчетливо пульсируют вены.
— Такого не бывает…
— Как раз бывает. Загугли.
— Ах ты, мелкая су…
— Поосторожней, Джейсон, — мило произношу я, поднимая телефон. — Камера ведь снимает. Так о чем ты говорил? Ах, да! О том, что я слишком долго терпела твое дерьмовое отношение, тянула работу за троих без повышения зарплаты — что, напомню, незаконно, учитывая условия трудового договора, — и в ответ компания так убита моим уходом, что предложила выходное пособие за полгода?
Я прикладываю руку к груди, не сводя объектива с босса, глядящего на меня волком, и практически мурлычу:
— Я согласна.
Вся напускная смелость улетучивается, стоит оказаться в «Хонде Сивик». Если бы не куча голов, высунувшихся из окон офиса, чтобы проводить меня взглядом, я бы подождала, пока нервная дрожь уляжется. Но не могу позволить им увидеть мою слабость, только не после такого перформанса.
Поэтому, несмотря на трясущиеся руки, я зашвыриваю на пассажирское сиденье маленькую коробку, в которой уместились три года офисной жизни, вцепляюсь в руль мертвой хваткой и жму на газ.
Через «Карплей» набираю единственного человека, который мне сейчас нужен.
Трубку снимают после первого же гудка.
Прежде чем Лайла успевает вымолвить хоть слово, я выпаливаю:
— Меня уволили.
Из динамиков доносится испуганный возглас.
— О боже, Бел, мне так жаль.
— Я знала, что так будет. Поэтому подготовилась.