Девочка оставила Юрека с Халинкой и протиснулась ближе. Митек нежно обнял ее за плечи и прошептал прямо в ухо:
– Моя царица…
Джини густо покраснела и тут же отвела взгляд. Ей вдруг стало ужасно неловко – Па смотрел на нее с нескрываемым любопытством. Неожиданно Митек коснулся ее руки. Она взглянула на него – едва заметный кивок, приглашающий следовать за ним. Впрочем, звать и не нужно было, ее ладонь и так была в его руке.
В самом разгаре празднества они пробирались сквозь толпу взрослых, чьи оживленные беседы то и дело прерывались взрывами смеха. Большинство из них держали в руках бокалы с напитками, и паре пришлось лавировать, чтобы никого не задеть. Наконец они достигли входной двери, и Митек распахнул ее.
Они медленно брели по саду, пока не дошли до беседки. Митек отпустил руку Джини, и оба опустились на деревянную скамью.
– Ну, и как тебе вечеринка? – спросил Митек.
Джини пожала плечами и придвинулась к нему ближе.
– Если честно, ничего особенного. Мы так часто устраиваем приемы, что я уже перестала их различать.
На самом деле она стеснялась признаться, что всегда с огромным нетерпением ждала любого повода пригласить гостей, ведь это означало новую встречу с Митеком.
– Наверное, приятно принадлежать к такому уважаемому семейству, – с усмешкой произнес он.
Джини шутливо толкнула его в плечо, и он рассмеялся в ответ.
– Знаешь, я даже польщен нашим знакомством! – задорно проговорил он. – Ну, расскажи, какие приемы будет закатывать ее величество, когда вырастет?
– Эй, а я разве еще не выросла? Не думай, будто я только веселиться и умею. Окончу школу, выйду замуж и найду работу – такую, чтобы каждый день играть на фортепиано. По крайней мере, именно так я себе это представляю…
– Моя маленькая пианистка, – прошептал Митек.
Джини снова покраснела. Она подняла глаза и увидела, как он встал, протягивая ей руку и приглашая подняться. Юноша притянул ее к себе, и Джини охнула от неожиданности. Так они и стояли в объятиях друг друга, слегка покачиваясь в такт доносившейся из дома музыке.
Па, закончив медленную пьесу, перешел к игривому вальсу. Митек тут же подхватил ритм танца, увлекая за собой смеющуюся Джини. И на мгновение ей почудилось, что это и есть их свадебный вальс.
Натанцевавшись вдоволь, они поглядели на светящиеся окна дома.
– Пойдем, а то малышка Халинка заскучала, – тихо произнес Митек.
Джини кивнула, юноша подал ей руку и повел ее к дому. Перед самым порогом Митек легонько задержал Джини за локоть. Наклонившись, он сорвал с клумбы маргаритку и заправил ей за ушко.
Джини замерла, сердце забилось чаще, когда он наклонился к ней близко-близко. Что он задумал? Вдруг его губы коснулись ее щеки. Она посмотрела на него широко раскрытыми глазами, полными изумления. Но Митек лишь озорно ухмыльнулся и переступил порог дома.
Джини, как громом пораженная, так и осталась стоять на улице. Коснулась щеки, как раз в том месте, где только что были губы Митека. Затем, словно невесомая, подпрыгнула на месте и исполнила несколько танцевальных па. Неужели Митек только что ее поцеловал? И это был настоящий, первый поцелуй! Джини почувствовала, что еще немного, и она потеряет сознание от переполняющего ее счастья, но в присутствии гостей это было бы совсем неуместно. Несколько раз глубоко вдохнув, она вошла в дом и, пробравшись сквозь оживленную толпу, подошла к роялю.
