– Галина… я больше не могу. Я не вынесу, – выдохнула она, утопая в мерном стуке сапог и глухом звуке падающих тел.
– Надо.
– Я не могу… Наверное, это конец.
Если она остановится, то умрет. И наивно надеялась: стоит лишь застыть на месте – и ей просто выстрелят в голову. Все закончится быстро и почти без боли. Когда перед глазами сотни тел корчатся в предсмертной агонии, пока не вырвется последний, рваный вздох, начинаешь мечтать о другой, милосердной смерти.
Она посмотрела на сестру своего возлюбленного. Лицо ее было мокрым от слез. И тут вновь раздались злые, хриплые крики надзирателей.
– Марш! Марш! – будто стая ворон, каркали они с моста.
– Ох, малышка… Боюсь, это еще не конец.
Дракон пока не страшен
1938 год
– Нет, я не могу! Мне готовиться надо. Сама, что ли, не знаешь?
– Да знаю я. Только, пожалуйста, не оставляй меня с Юреком.
– Ладно, ладно.
Джини украдкой подмигнула своей младшей сестре Халинке, так, чтобы их братец ничего не заметил. Она очень любила их обоих, но с Халинкой чувствовала какую-то особую связь. Неудивительно, ведь когда малышка появилась на свет, именно Джини выбрала для нее имя.
– Па, ты правда считаешь, что это платье подходит? – она посмотрела на отца, аккуратно расправила складки на своем светло-голубом платье в горошек и слегка покрутилась, придирчиво разглядывая подол. – Мне кажется, оно совсем не похоже на наряд Эсфирь.
– Дорогая, играть царицу Эсфирь ты будешь не сегодня, – ухмыльнулся Па. – До выступления еще несколько месяцев. А этот наряд – для празднования Йом-Кипура[1] . Ну-ка присядь, я приведу в порядок твои волосы. Слышишь – уже трубят шофары![2]
Услыхав про шофары, Халинка тут же выскочила из комнаты – видимо, помчалась на поиски мамы, а вот брат даже не сдвинулся с места. Он продолжал лежать поперек кровати и подбрасывать в воздух мячик. Па присел на край кровати и принялся расчесывать темные и длинные – до самой поясницы – волосы Джини. Юрек искоса поглядел на Джини и показал ей язык. Та в ответ скорчила гримасу.
Брат наверняка ей просто завидовал. Немудрено – из всех девочек средней школы на роль царицы Эсфирь в постановке школьного театра выбрали именно ее! Даже несмотря на то что в школе она была новенькой. Так что совсем скоро Джини предстанет перед зрителями в образе прославленной героини, спасительницы всего еврейского народа.
К тому же на спектакль обещали прийти ее друзья – Ирина, Хенка, Рутка и, конечно, Митек. Они увидят, как она стоит на сцене в своем дивном платье, увенчанная сверкающей короной. Правда, Хенку и Рутку, возможно, еще придется уговаривать, чтобы они притащили с собой Митека. Он просто обязан увидеть ее в роли царицы! Кто знает, может быть, в этой короне ей предстоит пойти под венец? В воображении Джини Митек уже стоял перед ней, улыбаясь и обнажая свои кривоватые зубы. Его каштановые локоны трепещут на ветру, он клянется в вечной любви, а Джини отвечает ему улыбкой, и вокруг – море лиц, родных и близких…
– Юджиния!
Джини вздрогнула от неожиданности, словно ее вернули с небес на землю. Перед ней, грозно подбоченившись, стояла Когут.
