— Я боюсь, — наконец призналась я, так и не дождавшись слов Кассиана. — Боюсь дать тебе ложную надежду. Боюсь, что ты поверишь мне и начнёшь надеяться, а потом выяснится, что я ошиблась. Но ещё больше я боюсь, что если промолчу, если ничего не сделаю, то ты можешь потерять шанс на выздоровление. Понимаешь? Я не имею права принимать это решение сама, но поверь, мне очень страшно было даже начинать этот разговор. Я не хочу быть причиной очередного разочарования в твоей жизни.
Кассиан протянул руку и накрыл мои сцепленные между собой ладони, мягко сжав их.
— Пиши своему учителю, — сказал Кассиан.
Глава 14
Получить разрешение было очень важно. Но я даже не представляла, какая ответственность ляжет на меня с этим письмом. Я банально не знала, как написать старому профессору с просьбой о помощи, учитывая то, что он меня совершенно не знает.
Одно дело понимать, что Август Марен — один из немногих врачей, которые действительно могли бы помочь. Не вылечить — на это даже мне было страшно надеяться, но помочь. Проконсультировать, посмотреть вместе со мной спину Кассиана, вероятно, подсказать, что именно я обнаружила, и предложить варианты или корректировку лечения…
Совсем другое — составить письмо таким образом, чтобы старый профессор заинтересовался ситуацией и решил приехать в поместье Эшридж.
Я не была его студенткой. Я не была врачевателем. Я вообще была женщиной! И в этом, собственно, крылась самая большая проблема. В письме мне придётся идти на прямой обман, и я не знала, как потом буду смотреть в глаза уважаемому мной преподавателю и объяснять, что, несмотря на то, что я ношу юбки, моё письмо вовсе не шутка и маркизу действительно нужна помощь, потому что одна самоуверенная сиделка уверена, что у него в спине что-то есть.
Составление письма заняло у меня три дня. Точнее сказать, три ночи. Но я справилась. По крайней мере, мне так казалось. В любом случае, слова заняли своё место на бумаге, конверт был запечатан, а я в платье для прогулок стояла на пороге балкона в комнате Кассиана и нетерпеливо постукивала туфелькой по полу в ожидании, когда лорд соизволит обратить на меня внимание. Я обратилась к нему уже трижды, но этот невыносимый мужчина, который очень быстро освоился в кресле для прогулок, сейчас сидел за столом, обложившись бумагами, и сосредоточенно изучал какие-то отчёты.
— Кхм-кхм! — нетерпеливо и крайне выразительно напомнила о себе.
— Франни, милая, — не отрывая взгляда от бумаг, наконец-то заговорил лорд. — Я тебя услышал с первого раза. Тебе нужно в город. Что ты до сих пор делаешь на пороге балкона, я не знаю.
— Лорд Ровейн!
— Боги, — Кассиан поднял голову и строго посмотрел на меня. — В чём дело?
— Дело в том, — передразнила я его, — что, несмотря на все мои усилия, вам, лорд Ровейн, нельзя слишком долго оставаться в этом кресле. А вы уже два часа сидите на балконе, шуршите бумажками и совершенно игнорируете мои замечания. И как прикажете мне отправиться в город, если у меня подопечный совершенно о себе не думает?!
— Ногами.
— Что простите?