— Ты не обязан съедать всё, если не хочешь, — сказала я однажды, видя, как он давится очередной порцией.
— Если я не буду есть, — голос у Кассиана был слабым, но в глазах загорелось знакомое упрямство, — ты будешь волноваться. А я и так уже достаточно заставил тебя понервничать, Франни. Давай сюда эту жижу!
— Упрямец, — покачала я головой, но спорить не стала. Только убрала выбившуюся прядь с его лба и скормила следующую ложку каши на воде.
— Гадость, — поморщился Кассиан, с трудом проглотив еду.
— Зато полезно, — улыбалась я.
На второй неделе Кассиан начал садиться. Сначала с поддержкой — Оуэн подкладывал подушки, я страховала, чтобы он не упал. Август следил за каждым нашим движением. Лорд сидел несколько минут, бледный, с дрожащими от напряжения мышцами, тяжело дыша. Уже через две минуты мокрый и обессиленный он падал на подушки. Но это уже был огромный шаг вперёд.
— Получилось, — закрыв ладонями рот, прошептала я, не веря в увиденное.
Слёзы удавалось сдерживать с трудом. Но то были хорошие слёзы. Радостные. Вот только пока ещё было страшно поверить в чудо.
— Получилось, — эхом ответил Кассиан, и в его глазах появлялась надежда.
Себастьян приезжал почти каждый день. Лорд Крэй привозил новости из города, сплетни, свежие журналы. Рассказывал про общих знакомых, шутил, заставлял смеяться Кассиана. Иногда ворчал на упрямицу из кондитерской, и в такие моменты он становился серьёзным, а взгляд его — задумчивым. На все мои вопросы про Элис он отмахивался, предпочитая ничего не рассказывать. А у меня не было времени навестить приятельницу, да и в поместье я её пригласить не могла, потому что всё моё время я проводила рядом с Кассианом.
— Ты должен быть решительнее, — сказал однажды Кассиан своему лейтенанту. — А то так и умрёшь холостяком.
— Я холостяк по собственному желанию, — фыркнул Себастьян. — У меня, между прочим, выбор есть. И потом, я не собираюсь жениться на владелице кондитерской, капитан, это даже не смешно! Ты просто не знаешь эту фурию! Нет уж. Мне просто неприятно, что она обвиняет меня в том, к чему я не имею отношения!
— Странно, а я-то думал, у тебя мозгов побольше, Себ. Растерял?
— И это говоришь мне ты, капитан? — возмутился Себастьян. — Тот, кто годами прятался от жизни в этой спальне, предпочитая компанию бутылки, а не людей?!
— Я не прятался, — ответил Кассиан. — Я вообще жить не хотел.
— А то я не знаю, — хмыкнул лорд Крэй. — Спасибо Франческе, вернула тебя к жизни!
Этот разговор я случайно подслушала, возвращаясь после обеда в комнату лорда. Но, постояв пару минут рядом с дверью, решила оставить друзей одних. Кассиану полезно было общество друга. Себастьян мог то, что не получалось у меня, — отвлечь своего капитана от бесконечной тревоги.
* * *
Профессор Марен уехал из поместья через две недели.
Перед отъездом он стоял у крыльца, поправляя сюртук, при этом скользя по моей фигуре своим строгим взглядом поверх очков.
— Я сделал своё дело, магина ди Сава, — сказал он тогда. — Дальше — работа самого маркиза и хорошей сиделки.
— Спасибо вам, профессор, — сжимая его сухие ладони в своих, поблагодарила от всего сердца.