— Не благодарите, — проворчал Август. — Лучше смотрите за пациентом. У вас впереди очень много работы, Франческа. И я уверен, что у лорда не один раз возникнет желание всё бросить, вы не должны ему этого позволять. Сейчас я почти уверен, что он сможет встать, но до этого ещё далеко. Долгий путь через боль и тяжёлую работу. Не опускайте руки, магина Франческа. Если что — пишите. Я приеду.
— Обязательно, — кивнула я.
Профессор сел в экипаж, кивнул Себастьяну, который стоял рядом, махнул рукой леди Маргарет и Агате, стоявшим на широком крыльце.
— Вы могли бы стать хорошим врачом, Франческа, — неожиданно бросил Август Марен перед тем, как сесть в карету. — Для женщины — очень хорошим.
— Спасибо.
— Это не комплимент, — хмыкнул профессор.
Экипаж тронулся, а я ещё долго стояла во дворе поместья и смотрела на дорогу, где медленно оседала пыль, поднятая колёсами кареты и копытами лошадей.
* * *
Через месяц Кассиан в первый раз встал.
Оуэн был рядом и поддерживал его под локоть с одной стороны, я держалась рядом с другой стороны. Кассиан опирался на трость. Он сжимал её с такой силой, что у него побелели костяшки, а рука начала дрожать. Леди Маргарет замерла у двери, прижимая платок к губам и стискивая свободную руку нянюшки. Агата же беззвучно молилась, глядя на своего мальчика.
— Не торопись, — сказала я. — Шаг. Один шаг, Кассиан. Медленно. Нам некуда спешить.
Упрямый мужчина не хотел никого слушать. Наверное, мысленно он уже бежал по дорожкам сада, но здесь и сейчас ему пришлось приложить немало усилий, чтобы просто переставить ногу и перенести на неё вес. Он весь дрожал, лицо было бледным, лоб покрылся испариной. Но он справился. Боги, он справился!
Это был его первый шаг за долгие годы. Первый настоящий шаг. Триумф!
— Ещё, — скомандовала я, вспомнив, что здесь и сейчас я в первую очередь сиделка. Та, кто отвечает за его восстановление. А чувство гордости, радость и поздравления нужно оставить на потом.
Под моим руководством Кассиан сделал второй шаг. Третий. И четвёртый.
А потом он сел. Хотя правдивее будет сказать «рухнул» — прямо в кресло, которое подставил Оуэн. Сил у моего лорда не осталось.
— Получилось, — выдохнул он неверяще, и я увидела слёзы в его глазах. — Франческа… получилось!
— Да, — повторила я, и слёзы сами покатились по щекам. — У тебя получилось, родной. Получилось!
Сзади всхлипнула леди Маргарет. Агата, рыдая, обнимала счастливую мать и шептала ей что-то утешительное. Себастьян подошёл к Кассиану и крепко обнял.
— Капитан, — сказал лорд Крэй, — вы меня снова удивили!
— Я сам себя удивил, Крэй, — хрипло рассмеялся Кассиан. — Ещё как удивил!
* * *
Спустя два месяца Кассиан начал ходить с тростью по комнате.
Медленно, осторожно, опираясь на стену, но сам. Боль почти ушла — оставались только резкие прострелы, когда он был неосторожен, и если он переутомлялся, к вечеру спина ныла. Но я следила за его состоянием и видела, что эта боль другая. Она не шла ни в какое сравнение с той, что мучила мужчину раньше. И пусть она не уйдёт до конца — всё же ранение не могло не оставить следов, и порванные ранее мышцы и нервные окончания никогда не восстановятся до первоначального состояния. Но я точно знаю, что чем больше Кассиан будет тренировать своё тело, тем легче ему будет становиться с каждым днём. А отголоски боли убрать не проблема, в конце концов мои способности никуда не делись.