— Уже грею серверы, хозяин, — отозвалась Консоль. — Пора устроить местным тараканам цифровой геноцид.
Я повернулся к столу, где Илья Гончаров как раз ставил свою подпись под документом, который делал меня полноправным управляющим его наследства.
Глава 4
Первым делом, покинув серые, монументальные своды регионального управления ИСБ, мы отправились за покупками. Местные уральские мрази в прямом смысле слова держали парня в черном теле. Да чего уж там, судя по выкладкам, которые транслировала Алиса, пока мы ехали, в последний месяц Илья потратил на себя меньше, чем конченный дворник-алкаш на полставки в привокзальном трактире. Все крохи, которые слепой траст выдавал на руки, уходили на оплату счетов из больницы. Пацан донашивал куртку, из которой вырос еще полгода назад, а его ботинки в принципе были на последнем издыхании.
Наш кортеж, распугивая гудками зазевавшихся автомобилистов, плавно вкатился на парковку самого дорогого торгового центра Екатеринбурга. «Пассаж Демидовых» — гласила витиеватая светящаяся вывеска. Ирония судьбы. Тратить деньги мы будем на территории врага.
Матвеев вышел первым, привычно сканируя периметр цепким взглядом. Мои гвардейцы веером рассыпались у входа, отсекая зевак.
Илья, увидев сияющие витрины и швейцаров в ливреях, снова сжался. Парень судорожно сглотнул, его рука инстинктивно дернулась к карману потертых брюк, словно он пытался нащупать там несуществующие монеты. Я прекрасно понимал, что у него сейчас в голове. Он высчитывал, сколько дней жизни его матери в палате будут стоить эти стеклянные двери.
— Я давно сюда не ходил, — выдавил он наконец из себя, упрямо глядя в пол. Голос дрожал. — Нам не нужно. У меня нормальная одежда.
— Сильно сомневаюсь, — тепло улыбнулась Елена, грациозно выходя из машины. — И сейчас мы это поправим!
Илья тяжко вздохнул и, ссутулившись, выпрыгнул из внедорожника на брусчатку. Он выглядел как побитый щенок, которого притащили на выставку породистых овчарок. Местные мажоры, судя по всему, успели не раз проехаться по нему катком за последние месяцы. Слухи в таких городах разносятся быстро. Наследник некогда могущественного графа Гончарова, который теперь подрабатывает мойщиком посуды на задворках, лишь бы купить еды — отличная мишень для самоутверждения уральской золотой молодежи.
— Погоди, — я тормознул парня, положив руку ему на плечо.
Он вздрогнул. Поднял на меня глаза, полные какой-то тупой, застарелой обреченности. Похоже, решил, что мы передумали. Что столичный граф посмотрел на его рваные рукава и побрезговал идти рядом.
— Вы забыли самое главное, ваше сиятельство, — официально, медленно произнося каждое слово, обратился я к нему.
Илья аж замер. Он захлопал глазами, не понимая, к кому я обращаюсь. Оглянулся по сторонам.
— Позвольте, граф, — с добрым смешком Елена подошла вплотную и мягко, но уверенно взяла парня за руку.
Илья покраснел так густо, что краска залила даже кончики ушей. Он попытался выдернуть ладонь, застеснявшись въевшейся в пальцы грязи и мозолей, но хватка у моей жены была железной.
