В зале повисла секундная тишина. Люди замерли с открытыми ртами. Упоминать ночную бойню, о которой всем было приказано молчать, вот так, открыто, в лоб, с легкой ироничной усмешкой? Это был лютый вызов всем, кто причастен к той акции. И Строганов только что напрямую заявил, что заказчики тоже в этом зале.
Губернатор Стрешнев поперхнулся воздухом, его лицо пошло красными пятнами, но он быстро взял себя в руки, выдавив нервный смешок.
— Да-да, безопасность превыше всего, Кирилл Андреевич… Прошу вас, проходите, угощайтесь.
Музыка снова заиграла, суетливо и громко, пытаясь сгладить неловкость. Толпа выдохнула, возвращаясь к прерванным разговорам, но теперь все взгляды исподтишка были прикованы к троице из столицы.
Кирилл не стал задерживаться у входа. Он медленно двинулся сквозь зал. Елена и Наталья тут же попали в оборот местных матрон и дипломатов, грамотно отсекая от графа ненужный фон.
Строганов остановился у подноса с шампанским, взял бокал.
— Хозяин, — тихо пропела Алиса. — Цель захвачена. Дальний угол, малый зал. Там у них сейчас температура плавления броневой стали. Пульс у Демидова сто двадцать. У Зотова аритмия, он уже третий стакан коньяка глушит.
— Вижу, — мысленно отозвался Кирилл, не поворачивая головы. — Давай мне сводку по их долгам перед казной. С точностью до копейки. Сейчас будем проводить финансовый аудит в полевых условиях.
Граф медленно, опираясь на трость, направился в сторону замаскированного угла. Толпа расступалась перед ним, как вода перед ледоколом. Никто не решался заговорить первым.
Демидов увидел приближающегося Строганова и напрягся. Его компаньоны вжались в кожаные диваны. Бежать было поздно и глупо.
Кирилл остановился у портьер, отделяющих альков от основного зала. Отодвинул тяжелый бархат краем трости и шагнул внутрь. Освещение здесь было приглушенным, и зеленый отблеск в глазах Аудитора был заметен отчетливо.
— Не помешаю, господа акционеры? — Кирилл окинул шестерых промышленников взглядом. В его голосе не было ни капли враждебности. Лишь деловой интерес.
Глава 14
Тяжёлые, расшитые золотой нитью бархатные портьеры бесшумно сомкнулись за спиной графа Строганова, мгновенно отсекая льющиеся из бального зала звуки венского вальса и непрерывный гул сотен голосов. Освещение в малом алькове было намеренно приглушённым: несколько настенных бра в виде бронзовых химер бросали на глубокие кожаные диваны мягкий, желтоватый свет. Воздух здесь резко загустел, из-за того, что люди, привыкшие повелевать тысячами жизней, внезапно осознают собственную уязвимость.
Кирилл остановился у входа, опираясь обеими руками на набалдашник своей неизменной трости. Его лицо оставалось непроницаемой маской столичного аристократа, но на периферии зрения, прямо поверх полумрака комнаты, уже разворачивался боевой интерфейс Консоли. Цифровая проекция Алисы, принявшая строгий вид стенографистки в роговых очках, беззвучно выводила зеленые столбцы телеметрии.
Шесть целей, шесть владельцев многострадального промышленного кластера Гончаровых.
В центре, раскинув массивные плечи на спинке дивана, восседал граф Петр Игнатьевич Демидов. Его пульс, согласно данным, держался на ровной отметке в семьдесят ударов — старый хищник умел контролировать свое тело. А вот его компаньоны явно сдавали позиции. Барон Зотов, тучный владелец сталелитейных заводов, мелко потел, то и дело промокая блестящую лысину шелковым платком; его сердце колотилось под сто двадцать ударов в минуту. Виконт Мамин, химический магнат, нервно крутил в тонких пальцах хрустальный бокал, рискуя раздавить его в любую секунду. Остальные трое старались слиться с обивкой мебели, предпочитая роль молчаливых статистов в предстоящей бойне.
