— Не тебе знать, что задумал Хранитель, будь он трижды твой супруг, — Алиса шагнула вперед. Глаза богини затопил густой багровый огонь.
Катерина скривилась, но вынужденно отвела взгляд, не смея перечить.
— Да, мой апостол поведет моих детей. И разрушит многое, что построили эти ублюдки, — прошипела Алиса, указывая на разлом. — Пусть вспомнят, что такое Багровый Молот! И пусть все сгорит дотла!
— Ты отдала Молот ей⁈ — Катерина буквально задохнулась от возмущения, сжимая кулаки. — Я искала его пятьсот лет!
— Значит, плохо искала! — рявкнула Алиса. Звук заставил Катерину прижать уши и снова упереться взглядом в пол.
Пока сильные сущности выясняли отношения, Сариса устроила на этаже форменный геноцид. Огненная кошка крушила пауков, не используя сложную магию. Она проламывала групповые барьеры с одного удара ноги и голыми руками, объятыми плазмой, отрывала металлические конечности вместе с кусками брони и плоти.
Вскоре она добралась до старшего паука. Командир оказался крепким орешком, блокируя ее выпады двумя клинками. Но четыре лисицы, быстро сориентировавшись, ловко схватили своими хвостами его дополнительные конечности, растянув тварь в воздухе. Сариса подошла вплотную. Под отчаянный, полный боли рев командира она неторопливо оторвала ему сначала обе руки с оружием, а затем, упершись ботинком в грудную пластину, с хрустом вырвала голову вместе с шейными позвонками.
Разлом в конце зала замерцал с удвоенной силой, пошел крупной рябью и в итоге со свистом схлопнулся, отрезав пути отхода паукам. Тишина опустилась на изломанный подвал банка, как только затих последний противник.
— Нам пора, — хмурясь, произнесла Катерина, поправляя сбившуюся куртку.
— Валяйте, — устало махнул здоровой рукой Кирилл. Он медленно сполз по стене, чувствуя, как адреналин покидает кровь, оставляя лишь пустоту внутри.
Катерина посмотрела ему за спину. Туда, где в почти нетронутом сейфе все еще тускло поблескивали кубы.
— Я должна их забрать, — обратилась она к Строганову.
— Они не мои, — граф мотнул головой в сторону бледного, как мел, парня. — У владельца спрашивай.
— Забирайте, — заикаясь, быстро сказал Илья. Он сглотнул, глядя на гору трупов. — Граф был прав, это настоящее проклятье. И если возьмете в качестве оплаты за спасение, я не против.
Катерина молча кивнула. Она прошла к сейфу и аккуратно, почти с благоговением, по одному достала артефакты. На последнем, сапфировом кубе она задумчиво остановила взгляд, всматриваясь в пульсирующие грани. Затем вернулась к Илье.
— Здесь есть для тебя послание, Илья, — сказала кошка, взвешивая артефакт в ладони. — Судя по всему, его оставил твой отец. И просьба для того, кто заберет кубы…
Катерина на секунду прикрыла глаза, затем щелкнула пальцами. Из окружающего воздуха мгновенно соткался еще один куб. Он светился ровным, мягким голубым светом, а на верхней грани был отчетливо выбит родовой вензель Гончаровых.
— Этого должно хватить с головой. Чего именно — поймешь позже. А граф поможет разобраться, — произнесла Катерина, плавным движением руки направляя куб к подростку.
