Хочу, чтобы она была еще ближе.
Мне это очень нужно!
Она такая горячая, мы буквально сплавляемся кожей. Разрываю поцелуй, Делайла отчаянно выдыхает, а потом кричит. И подается назад, стараясь принять меня глубже. Какая жадная у нее киска. Именно такая мне и нужна!
Давление внутри нарастает, яйца поджимаются, член пульсирует. Но она должна кончить первой. Только так, иначе я не согласен.
– У тебя три секунды. – Я сжимаю ей горло. – Твоя тугая киска так стискивает меня, что дольше я не продержусь. Три…
Вонзив пальцы ей в живот, я насаживаю ее на свой член.
– Две…
Вхожу еще глубже и резче.
– Одна…
Я разжимаю руку и приказываю:
– Сейчас, Делайла.
Она застывает. Потом кричит. И это перебрасывает меня за край.
– Вот так. – Я прихватываю зубами ее ухо. – Прими все. Это тебе.
Я не останавливаюсь. Просто не могу. Она слишком нужна мне, и ее тело дает мне именно то, чего я хочу. Полное подчинение.
Вот бы и ее сердце сделало то же самое.
Я продолжаю вталкиваться в Делайлу, желая продлить ее удовольствие. Киска ее сокращается, так сильно сжимаясь, что у меня не остается выхода. Я выплескиваюсь, заполняю ее своей спермой, мечтая подсадить ей внутрь своего ребенка. Не сейчас, но однажды. Хорошо, что она пока принимает таблетки.
В комнате слышно лишь наше прерывистое дыхание, сердца колотятся как бешеные. Мои пальцы лежат у нее на горле, и пульс бьется прямо в них.
– Ксавье?
Скольжу губами вдоль ее плеча.
– Мм?..
– Можно мне теперь поспать?
С улыбкой прикусываю ее кожу.
– Можно.
Она тихо и удовлетворенно вздыхает. Я, довольный, потягиваюсь – никогда не испытывал такого блаженства до того, как в первый раз овладел ею. Если бы я мог сделать ее тело своим домом, так бы и поступил.
Когда я с Делайлой, окружающий мир перестает существовать. И люди не имеют значения. Время теряет смысл, если я не провожу его с ней.
Делайла засыпает, а я, не выходя из нее, лежу без сна. Мысли, сперва спокойные, постепенно мрачнеют, и я сжимаю зубы. Предчувствие беды возвращается.
В комнате царит тишина, слышно лишь ее легкое дыхание – в то время как внутри у меня бушует шторм. Поднимаю голову и смотрю на нее – мне нужно видеть ее лицо. Губы сами растягиваются в улыбке. Люблю, когда она лежит в моей постели, запутавшись в простынях.
Скольжу взглядом по ее гладкой коже, задерживаясь на округлой груди и изгибе бедра. Потом повторяю тот же путь пальцами, запоминая очертания и ощущения ее тела. Наслаждаюсь ее теплом и мягкостью, тем, как идеально она подходит мне.
Каждый ее дюйм создан для меня.
В пробивающемся сквозь шторы лунном свете она кажется воплощением невинности. Но жизнь, на которую меня вынудили, не позволит ей остаться такой, если только я ее не защищу. Несмотря на все мои усилия, она уже ощутила на себе жестокость.
В дверь едва слышно стучат, но для меня этот звук как выстрел. Внутри взвивается тревога, все тело напрягается. Сейчас четыре утра, но Орден живет по своему собственному времени.
Я колеблюсь. И причина – женщина в моих объятиях. Одна мысль о том, чтобы оставить ее, сводит меня с ума, но выбора нет.