Артиллерия с обеих сторон прекратила огонь с рассветом, российская даже чуть раньше.
Пахом связался с КП:
– Через десять минут выходим обратно, поддержите артой!
– Объект? – спросил комбат.
– Ложная цель, здесь никого, котельная подготовлена к взрыву.
Поляков помолчал, переваривая новость.
– С-сука, я так и знал! Уходите!
– Проверьте небо!
Ждать пришлось пять минут.
– С юго-запада к вам движется дронооблако! Отходите другим путём, через железку!
– Понял!
Группа выбралась наружу, и в этот момент с трёх сторон на неё обрушился пулемётный огонь, раздались взрывы гранат.
Ответили залпом, залегли.
– Назад!
Заскочили обратно.
– Круг, пробивай стенку на север!
Гранатомётчик группы по кличке Круг, тащивший автоматический гранатомёт РПГ‐50, выстрелил по дальней стенке зала.
– Всем уходить! Я прикрою!
– Командир! – взвыл Юра Бурносов.
– Это приказ! Выполнять! Я догоню за железкой! Тверь – ствол!
Пахом отобрал у Максима Тверского крупнокалиберный «Корд» и метнулся к окну.
– Погнали!
Бойцы исчезли в дымящейся дыре.
Заметив возникшие на фиолетовом фоне очков зеленоватые цветочки, Пахом дал очередь.
Загрохотало со всех сторон.
– Выдвигаемся к вам! – прилетел в наушник голос комбата.
– Парни пошли за железку, прикрываю!
– Чёрт! – выругался Поляков. – Не геройствуй, давай со всеми!
Пахом дал ещё одну очередь.
За спиной вдруг лопнул огненный шар. Подхваченный взрывной волной капитан взлетел в воздух.
«Бомба!» – мимолётно подумал он, и это была его последняя мысль. Спину словно ошпарило кипятком, в затылок вонзилась невероятно острая игла, и он потерял сознание ещё до того, как его вынесло наружу…
Глава 2
В себя он пришёл только к концу дня в Брянском госпитале № 2, куда его доставили из Часова Яра после столкновения с засадой. Бойцы группы, услышав взрыв, вернулись к котельной за командиром на БТР‐24, успели дойти до стадиона и вытащить капитана, получившего три осколка в спину и один в затылок. Осколок длиной в пять сантиметров и толщиной в два пробил шлем и вошёл в голову аж на три сантиметра, однако Пахом остался жив. Даже в коме провалялся всего часов пять.
Зато на третий день лечения ему стали по ночам сниться странные сны, объяснить которые не смог даже лечащий врач госпиталя Миронов, которому Пахом пожаловался на «галлюники».
– Ничего страшного, – успокоил восьмидесятилетний старик пациента, – иголка не затронула область десять, жить будешь.
– Что такое область десять?
– Часть префронтальной коры, отвечающая за память, планирование и абстрактное мышление. Хотя после таких ранений возможны любые психические реминисценции, а ты даже разговариваешь.
Последние слова очевидно были шуткой в устах врача.
– И что ты видишь?
– Бегу голый…
– Голый?
– Чаще всего, – смутился Пахом. – Никогда не занимался бегом, я больше по стрелковой подготовке спец и рукопашке. В общем бегу, за мной погоня ломится, и вдруг я оказываюсь сзади и догоняю их.
Миронов с любопытством оглядел тёмное похудевшее лицо капитана с запавшими глазами.
– Это интересно. И всё?
– Нет, я их догоняю… и просыпаюсь.