– Я уже понял. Вспомни, что я сказал.
– Здесь не нужны охранники.
– Разве ты имеешь право решать?
– Ну…
Внезапно от домиков послышался шум, распахнулась дверь первого, в котором находилась контора станции, появилась Анфиса, что-то гневно говорящая мужчине в камуфляже, державшему её за руку.
Охранники перед Пахомом обратили на них внимание.
– Разберись, – коротко буркнул шатен.
Не дожидаясь его реакции, Пахом направился к спорщикам. Ошеломлённый его реакцией охранник отстал.
– Что происходит, граждане?
Анфиса вырвала руку из лапы мужчины.
Пахома пронзил взгляд зелёных глаз. К счастью, журналистка обладала отменной реакцией, и с губ девушки не сорвалось нечто вроде «это вы, Сергей?»
– А вам что надо?
Пахом раскинул руки в стороны.
– Да меня вот тоже остановили. Хотел устроиться на работу.
– Ну, и устраивайтесь. – Анфиса посмотрела на мужчину в камуфляже уничтожающим взглядом. – Как журналист я имею право задавать вопросы. Тронете ещё раз – пожалеете!
– Это частное владение… – как попугай завёл старую песню брюнет, выходя к ней.
– Что ж на въезде нет никаких предупреждающих объявлений? Да и охрана должна не прятаться под землёй, а следить за въездом и периметром.
Лица всех троих мужчин по-прежнему выглядели сонными, но в глазах брюнета загорелись угрожающие огоньки.
– Уходите отсюдова! И ты, – он по очереди посмотрел на Анфису и Пахома, – и ты! Даю минуту!
– Как страшно! – скривила губы девушка.
– А если мы-таки не уйдём, то что? – поинтересовался Пахом. – Ты нас расстреляешь?
– Автобус увезёт вас в наручниках!
– Наверно, вы не представляете, что будет, когда в СМИ появится материал о нападении на журналистов.
– А нам плевать! – вызверился шатен, стоявший за спиной Пахома. В руке его появился пистолет – немецкий «вальтер».
Мелькнула мысль: зря я не взял с собой из Перми «макаров», отнятый у таджика в саду.
Дальнейшее произошло в течение двух секунд.
Пахом развернулся к шатену, включая режим скоростного реагирования, перехватил руку, выкрутил пистолет и смачно врезал рукоятью в лоб охранника. Тот с воплем отлетел назад и растянулся на слое грязного гравия.
Движение в радиусе десятка метров замерло.
Охранники и мужик в камуфляже сосредоточенно разглядывали лежащего, будто решали трудную задачу по математике.
Смотрел из машины в двадцати метров водитель Нисим, обалдевший до ступора.
И смотрела Анфиса, широко распахнув глаза, в которых сквозь недоверие и сомнение проглядывало разочарование. Это подействовало на Пахома больше всего. «Твою мать!» – родилась совершенно адекватная ситуации мысль.
– Извини, – пробормотал он, судорожно пытаясь найти компромисс, – не сдержался.
– Ты же провалил…
– Ещё нет! – Пахом напрягся, сознание мигнуло, и он оказался минутой позже того, как шатен вытащил пистолет. Как раз в это время брюнет бурчал:
– Это частное владение…
А разъярённая Анфиса повторяла:
– Что ж на въезде нет никаких предупреждающих объявлений? Да и охрана должна не прятаться под землёй, а следить за въездом и периметром.
– Уходите отсюдова! – Шатен картинно сунул руку под полу куртки.