Углубляем поцелуй так же скорее нежно и плавно, на что я крепче обнимаю Эрику и чуть ли не тяну на себя. Надо будет дверь потом закрыть… Потому что всё, отсюда Крючкова не уйдёт. Как минимум сегодня. Для начала.
Ну вот… Кажется, я теперь точно знаю, что такое трепет от поцелуя. Прошибает так, что в себя прийти не могу.
С одной стороны хочется растянуть долгожданный момент как можно дольше, выпить Эрику до дна, насытиться максимально, тем более что этот голод вряд ли возможно утолить. Но с другой… Эта упрямая девчонка может молчать до бесконечности, просто делать. А я слов хочу не меньше. Тем более что ими она сегодня уже отличилась не с лучшей стороны — до сих пор долбят по вискам, даже поцелуем не заглушаются.
Это же Крючкова. Может, даже такие жесты, как внезапно ко мне заявиться и крышесносно целовать не значат победу. Девчонка вполне может так что-то проверять в себе или вообще представить так, будто это компенсация мне за моральный ущерб.
Эта мысль заставляет меня резко разорвать поцелуй. При этом не выпускаю озадаченно смотрящую на меня Эрику из рук — наоборот, крепче сжимаю. Дышу тяжело.
Дезориентирован напрочь, да и она с затуманенным взглядом. Не знаю, как умудряюсь довольно уверенно заговорить:
— И что за резкие перемены? — мой голос звучит чуть ли не насмешливо.
Что делает меня совсем уж долбоёбом — Эрика и без того назад частенько сдаёт, а я тут как будто нарываюсь. Ещё и усмехаюсь зачем-то. Правда, ладони непроизвольно гладят её по телу. Успокаивая то ли Крючкову, то ли меня самого.
Она не отстраняется. Сама по мне руками ведёт. По груди и до плеч, воздействуя даже сквозь одежду. Никогда не был настолько чувствительным, чтобы внимать таким безобидным касаниям, а сейчас едва ли не подставляюсь под них сильнее. Безнадёжен.
Ищу её взгляд своим. Он у неё проясняется, чуть ли не ласковым становится. Сбивает мне дыхание к чертям.
— Увидела тебя с той девушкой, — Эрика говорит непривычно хрипловато, и вообще как будто волнуется. На душе мгновенно теплеет. — И поняла, что меня это не устраивает.
— Вот как, — хмыкаю, ощутимо расслабившись после такого милого признания. Неполное, но окрыляет чертовски. — Настолько, чтобы приехать ко мне?
Сам не знаю, почему спрашиваю, а не утверждаю, ведь само присутствие Крючковой тут говорит за себя. И этих её слов ещё днём мне было бы более чем достаточно.
А сейчас хочется ещё и ещё. Чтобы Эрика не прятала своих чувств и не защищалась от них. Чтобы окутала меня ими, позволив окунуть её в мои.
— Да, — лишь коротко подтверждает моя вредина.
Ладно… Я всё равно до неприличия счастлив вот так резко и будто бесповоротно. И хотя хочется спросить про «а остаться», не делаю этого. По крайней мере, пока. Вместо этого целую.
Буду дозировано наслаждаться Эрикой. Слова-поцелуи-поцелуи-слова… Никуда не денется от меня теперь.
И ведь отвечает сразу. Ну наконец-то! Я аж как будто впервые дорвался, мигом вспоминаются долгие дни и ночи без Эрики, когда только мечтал об этих губах. Которые сейчас целую напористо, жадно, на бушующих эмоциях, почти яростно. Как будто Крючкова всё ещё отстраниться может, а надо обозначить, чтобы даже не смела.