— И что предлагаешь? Сидеть здесь всю ночь и послушно ждать, пока станет хуже?
Я прислоняюсь спиной к комоду, скрестив руки на груди.
— Не знаю.
Истон поднимается на ноги.
— Предлагаю куда-нибудь выбраться. Вспомним, за что так сильно любим этот город.
Меня слегка передергивает.
— Но там же люди. Люди, считающие нас мужем и женой.
— Ну да, мы от них ничего не скрываем, — я удивленно приподнимаю брови, и Истон, рассмеявшись, берет меня за руку. — Вопрос в другом: хочешь ли ты пользоваться всеми благами статуса жены Истона Бейли или предпочитаешь прятаться?
Окинув взглядом джинсы и футболку, я признаюсь:
— Склоняюсь к варианту просто спрятаться.
Мы с Истоном редко выбирались куда-то вместе, во всяком случае без Таннера. Пара встреч в баре да несколько совместных ужинов – вот и все, в основном же проводили время у него дома.
— Ладно, обойдемся без красных ковровых дорожек, — он перехватывает меня в дверях на стыке спальни и гостиной. — Но только если пообещаешь кое-что взамен.
— И что же?
Истон не отпускает мою руку, бережно удерживая ладонями у себя на груди.
— Позволишь выбрать вечер, когда я смогу воспользоваться своим именем и показать, какие двери оно открывает в городе.
— Истон, роскошь вообще не по мне.
Он делает шаг навстречу. Если не уберемся из номера в ближайшие минуты, я сорву с себя одежду и скажу, чтобы он меня взял. И более чем уверена: Истон будет только рад.
— Мне тоже она безразлична, но я никогда толком не пользовался своим положением ради девушки. И хочу, чтобы первым спутником стала именно ты.
Сердце в груди сладостно сжимается.
— И кто же присмотрит за Таннером, пока его няня, при полном параде, будет ужинать в мишленовском ресторане?
Истон притягивает меня к себе.
— Друзья на то и нужны.
Произнесенное им слово «наши» звучит так, будто они и впрямь стали моими друзьями, но будем честны: едва истечет срок фиктивного брачного контракта, дружбе придет конец. Истон пойдет дальше, найдет девушку, которую полюбят ничуть не меньше, а я однажды наткнусь на их общие фотографии с какого-нибудь лыжного курорта и с грустью подумаю, что когда-то тоже была частью компании.
— Так что скажешь? — Истон слегка наклоняется, чтобы наши глаза оказались на одном уровне.
Я готова согласиться на что угодно, лишь бы поскорее покинуть номер, поэтому выпаливаю:
— Я согласна. А теперь давай съедим по куску истекающей жиром пиццы.
На его губах играет лукавая улыбка, красноречиво обещающая, что эту ночь мы запомним навсегда.
Именно этого я и боюсь. Воспоминания о вечере станут преследовать меня до конца жизнь, ведь ничего подобного больше никогда не произойдет.
Глава 39 Хедли
Глава 39Хедли
Мы выходим из «Сент-Реджис» и сворачиваем направо, моя рука покоится в руке Истона. Он надвигает бейсболку пониже. У него явно есть четкий план, куда мы идем, и он уверенно ведет нас на более безлюдную улицу.
— Любишь мексиканскую кухню? — спрашивает он, не сбавляя нашего целеустремленного шага. Очевидно, он не хочет, чтобы нас кто-то остановил.
— А кто ее не любит?
Он сжимает мою руку.