Не то чтобы я сам искал чего-то большего, чем у нас уже есть. Это не про нас. Так что я вообще не понимаю, почему мы заговорили о ней.
— Я не хочу, чтобы он рос без матери, — я не могу объяснить, почему для меня это так важно, но это так. — Если она действительно не хочет иметь с ним ничего общего, я смирюсь и пойду дальше. Но если она где-то там сводит концы с концами, или ей просто нужна была передышка, или она не знала, как ко мне подступиться – это совсем другое дело. У меня такое чувство, будто кто-то взял всю мою жизнь, разобрал на куски, подбросил в воздух, и теперь все превратилось в одну сплошную мешанину.
Фостер молча смотрит на меня, пока Деккер и Хейс рассуждают о том, что, возможно, Таннеру будет только лучше, если мать исчезнет из его жизни, раз уж она так с ним поступила.
Фостер протягивает руку.
— Дай-ка еще раз взглянуть на список.
— Спасибо.
Он перечитывает его.
— Ты переспал с кем-то в Кабо. Есть кто-то, кому ты можешь позвонить? Кто-то, кто мог запомнить ее имя? Она была из числа гостей на свадьбе?
Я киваю.
— Уже позвонил, жду ответа.
— Ну, с этим уже что-то проясняется. А в клубе накануне вечером ты был с Декком?
— Ага. Наконец-то хоть кто-то решил реально помочь, — я кошусь на Хейса с Деккером, и те синхронно закатывают глаза.
— Ты хоть представляешь, со сколькими девчонками ты переспал? Я не могу вспомнить их всех, — Деккер поднимает руки. — Особенно тех, что были так давно.
— Там небольшой временной промежуток, — я пытаюсь обнадежить себя, но Деккер прав. Лица большинства из них слились в одно сплошное размытое пятно.
Боже, как бы мне сейчас было стыдно перед матерью. Не думаю, что я значил для этих женщин что-то большее, чем просто веселая ночь с игроком «Кольтс». Могу сказать в свое оправдание лишь одно: я никогда никому не давал ложных надежд.
— Ладно, Деккер постарается поскрести по сусекам памяти и выудить хоть что-то с той ночи. А на матче «Фэлконс» с тобой кто-то был? — Фостер выжидающе смотрит на меня.
Единственная причина, по которой я вообще вспомнил, что был там, – записи в календаре. Больше в памяти не отложилось ничего.
Весь оставшийся полет до Нью-Йорка парни помогают мне мозговым штурмом: где можно раздобыть зацепки, чтобы найти номера этих женщин и выяснить, не они ли подарили мне Таннера. Когда я выхожу из самолета, на душе становится легче – словно появилась надежда, что я смогу ее найти.
Мой телефон дзынькает, пока мы едем в шаттле до автобуса.
Хедли: Как и обещала 🙂
Хедли: Прикрепленное видео
На видео Хедли держит мою фотографию и повторяет «па-па». Таннер улыбается, пуская слюни, и хлопает ладошкой по снимку. Она смотрит в камеру и подмигивает.
Черт… Хедли слишком хороша для такого парня, как я – парня, который даже не может вспомнить имена всех тех, с кем спал.
Но я слишком эгоистичен, чтобы стать тем, кто об этом скажет.
Глава 24 Хедли
Глава 24Хедли
Я выжила. Шесть ночей, семь дней наедине с Таннером.
К счастью, Феликс и Вера прекрасно справлялись со «Шкатулкой историй», поэтому большую часть дня – за исключением времени для чтения сказок – я просидела в бабушкином кабинете, пытаясь разобраться в цифрах и придумать, как выправить ситуацию.