Спорить было бесполезно, Брен тащил меня за собой, а я лишь указывала дорогу. Когда мы вошли в столовую, Ячер и Роуза ещё были там.
— Приветствую, — холодно поздоровался Брен и без приглашения сел за столик напротив моего нового руководителя.
Пришлось сесть рядом. От брата исходила такая довлеющая аура силы, что остальные целители замолчали при его появлении.
— Ячер, Уна рассказала, что в вашей клинике не все рады её присутствию. К примеру, госпожа Кевезер мало того, что пыталась помешать ей вступить в должность, так и распространяет дурацкие слухи. Я хотел бы попросить тебя уделить особое внимание тому, чтобы Уне было комфортно здесь. Я никому не позволяю обижать сестёр и тем более не позволю их травить. Они — добрые и очень нежные девочки, не заслуживающие подобного отношения. Если ты не сможешь обеспечить здоровую обстановку в коллективе, то я либо забираю Уну, либо предлагаю тебе перевести госпожу Кевезер в мой госпиталь под моё начало. Мне очень пригодился бы специалист по лечению наносимых кантрадами ран.
Ячер выгнул светлую бровь и вопросительно посмотрел сначала на меня, потом на стремительно мрачнеющую Роузу.
— Что значит «пыталась помешать вступить в должность»? — почти ласково спросил он.
Я молчала. Роуза тоже не проронила ни слова.
— Значит так, Роуза. Если я ещё хоть раз увижу, что ты цепляешься к Лунаре, то удовлетворю прошение о переводе. Отправишься в клинику к нобларду Боллару. Ты уже набралась достаточно опыта, пора передавать его дальше. Такой перевод будет однозначно одобрен Имперской Канцелярией. Мне нужен маг жизни, поэтому если вы двое не уживётесь, то уехать придётся тебе.
Кажется, мы сделали только хуже. Роуза сощурилась, оценивающе глядя на меня, а потом процедила:
— Что ты, Хейлар, мы прекрасно уживёмся.
Последнее прозвучало как угроза.
— А вы, нобларина Боллар, в следующий раз извольте сообщать о возникающих сложностях в первую очередь мне. Надеюсь, что на этом инцидент исчерпан.
Роуза резко встала, развернулась на каблуках и с цоканьем удалилась, а я лишь тяжело вздохнула.
Брен поднялся с места и сказал:
— Прошу прощения, если моя реакция показалась слишком бурной. Однако я не терплю, когда с моими сёстрами обращаются плохо. Любого, кто причинит Лунаре вред, я уничтожу на месте.
Слова прозвучали спокойно и взвешенно, и всем было понятно, что это отнюдь не пустая угроза.
И снова поведение Брена показалось мне несколько странным. Слишком агрессивным и… давящим. Он напоминал дикого блейза, которого пытаются загнать в угол, а он лишь оценивает, кому первому вцепиться в глотку.
Исходящее от него ощущение смутной опасности не отпускало, и хотя я точно знала, что мне он никогда не причинит вреда, всё равно становилось как-то не по себе. Единственный, кто остался абсолютно равнодушен к исходящей от Брена угрозе — Ячер.
— Ты, Бреур, удивительно светлый человечек, — насмешливо сказал он. — Даже поразительно, зачем кто-то постоянно пытается убить такого добряка.
И обезоруживающе улыбнулся брату.
Брен не разозлился. Лишь хмыкнул, повернулся ко мне и сказал:
