Вахромеев и сапер Круглов уговорили меня подождать ещё немного. Я нехотя согласился и не пожалел: паровоз с наружным хрипом пер восемь платформ, на которых стояли красавцы танки Т-3 три и танки Т-4. Но самое главное на броне отдыхали экипажи танков, камрады легко и изящно поставившие поляков и французов в позу зю.
Немецкая техника подбивалась и хорошо чинилась, а вот эти суперпрофессионалы с пулей в голове были не ремонтно пригодны.
— Вася, — не громко крикнул я. — на тебе командиры танков. Постарайся выбить как можно больше.
Якут начал стрелять примерно за три секунды до взрыва заряда, снося растерянных танкистов с брони их танков.
Круглов пропустил паровоз и подорвал платформа под первым танком в надежде его повредить.
С нашей позиции пронёсся свинцовый ливень, сбивая с немецкой брони красивых молодых весёлых парней арийской внешности и превращая их в мертвые куски мяса, корм для могильных червей. Фюрер обещал им жизненное пространство и бескрайние просторы? А станут они лишь удобрением для нашей земли. Твари.
К сожалению два немецких экипажа успели запрыгнуть внутрь своих танков, спустя минуту по нам полетели пулемётные очереди. Мы кинули в эти танки несколько гранат, но без особого успеха. Пулемёты танков продолжили стрелять, а потом ухнули пушки, посылая в нас осколочные снаряды.
— Надо сваливать, — крикнул мне Вахромеев. — Гранаты у нас закончились, а противотанковых и вовсе не было.
— Сейчас, — сказал Вася и выстрелил.
Один из пулеметов замолчал.
Видимо немецкий танкист поймал глазом пулю нашего снайпера через смотровую щель.
Якут пальнул ещё раз, промахнулся, выругался по якутски и снова выстрелил.
На этот раз в точку. Ещё один немецкий танкист попрощался с жизнью.
— Вон у того мертвого танкиста гранаты и у того тоже, — сказал снайпер, прищуривая глаз и показывая пальцем. — Если их засунуть в пушки танков и подорвать, то танк только под ремонт. И то не факт.
— У немцев беда с оружейной сталью, поэтому все свои танки они ремонтируют или в крайнем случае пускают в переплавку, — блеснул я книжными знаниями. — Но ты прав, Вася, ремонт пушки дело непростое и не быстрое.
— Сойкин, Слуцкий, — приказал Вахромеев, — метнитесь за трофейными гранатами и вставьте их в немецкие пушки. Только аккуратно. Сами не подорвитесь. И уцелевшим фрицам не подставьтесь.
Бойцы бросились выполнять приказ.
Был огромный риск, что уцелевшие танкисты в танках будут сопротивляться, но оказалось, что наиболее активных выбил Вася и другие партизаны. Оставшиеся в живых немцы предпочли укрыться в танках, заблокировать люки и не отсвечивать.
Сойкин и Слуцкий быстро подорвали пушки у танков трофейными гранатами, кинули оставшиеся три в открытые люки тех машин экипажи которых не выжили, собрали вещмешки погибших танкистов и их личное оружие, и вернулись к нам.
Неожиданно Вася выстрелил в смотровую щель одного из танков.
— Сидите тихо и не отсвечивайте, сволочи, — крикнул он танкистам. — На одного адмирала Нельсона среди немцев теперь больше. — сказал якут нам с удовлетворённой улыбкой.
