«Самсунг» замолчал.
Михайлов посидел в расслабленной позе, начал вспоминать рассказы Пахома, но организм так и не включился в рабочий ритм, и полковник вернулся в спальню к бесшумно спавшей жене.
Сон ему приснился, будто он пытается создать свой хронореверс, и у него это получается…
Глава 15
Мэр Иркутска Шостак Евгений Львович был взбешён и не скрывал этого. Тяжеловесный, пузатый, огромный, лысый, с бесформенными плечами и обрюзгшим лицом любителя пива, он передвигался по корту с грацией бегемота: типа поддерживал физическую форму, потерянную ещё двадцать лет назад, и в данный момент при каждом слове махал ракеткой, будто собирался ударить стоявшего навытяжку командира отряда телохранителей, известного в городе под аббревиатурой ЛОМ.
Главного телохранителя звали Иваном Ботырко, и подчинённые за спиной прозвали его Бутыркой, имея в виду знаменитую московскую тюрьму. Он был высок, плечист, продолговатое лицо с выдающимися скулами бывшего полковника полиции никогда не улыбалось, и в разговорах с начальством он предпочитал помалкивать, даже если его ругали.
– Почему ты посылаешь этих молодых дураков? – кричал разгневанный Шостак. – Они уже провалили задание, а журналисты до сих пор шатаются вокруг Байкала и роют землю, чтобы выведать наши секреты и выяснить причины убийства Леонтьева! Даже в Пожары заявились! Но и там их никто не задержал!
– Вы сами велели не устраивать ещё одно мочилово, – наконец решился возразить Ботырко. – Пацаны должны были спровоцировать драку, а за журналистами топает мой хороший следак. Собираюсь подключить ОМОН.
– И что? Где драка? Где ОМОН? Где журналисты?!
– Хитрые ублюдки, – неожиданно скривил губы в пароксизме улыбки командир ЛОМ. – Ловко увернулись. Они сейчас в Култуке, я послал туда других хлопцев, порешительней.
– Ворочайся пошустрей! Мне уже Бал звонил, требовал очистить район от нюхачей.
Мэр имел в виду губернатора Балоцкого, добавил:
– Даю два дня, чтоб через два дня журналисты либо сидели в СИЗО, либо убрались обратно в Москву!
– Слушаюсь, – меланхолично ответил Ботырко.
В этот же самый момент упомянутый в разговоре мэра и телохранителя губернатор края Пётр Аркадьевич Балоцкий во весь голос распекал главу службы безопасности администрации бывшего чекиста Муршикова, но не на корте, а в своём кабинете на шестом этаже делового центра Иркутска, не стесняясь присутствующих.
Их было двое: Юсупов Ахмед Мамедович, шестидесятивосьмилетний житель южных республик Советского Союза, выглядевший намного моложе пятидесятичетырёхлетнего Балоцкого, черноглазый, черноволосый, с нитями седины в волосах и безупречно обработанными усиками, и китаец Ли Фанцзы, управляющий директор компании «Аквасорс-Чайна». Ему было ещё больше, чем мэру и губернатору, но и он выглядел моложе.
– Сколько можно терпеть?! – выговаривал Балоцкий, шевеля белёсыми бровями и раздувая ноздри туфлеобразного носа. – Если журналюги узнают, что мы гоним китаёзам…
Он посмотрел на Ли Фанцзы, сидевшего как китайский божок чуть ли не в позе лотоса с ничего не выражающим лицом, исправился: