– Кому, как не мне, не понять этого? Я же был принесен в жертву и сожжен на благо человечеству!
Слова демона показались старому монаху бредом сумасшедшего:
– Боюсь, если бы вас сожгли, вы бы не смогли переродиться в своем прежнем теле. Вы бы стали камнем, об который то и дело спотыкаются, или грязью под ногами…
Пока ядовитые слова лились из уст старика, Ю Вэйюань стоял в оцепенении. Он не знал, что Му Ян был сожжен вместе с остальными демонами-рабами, а после тот переродился. Ю Вэйюань разозлился, более не веря ни единому слову главы школы. Возможно, он бы поверил раньше, в другой жизни и при других обстоятельствах. Но он видел, как эти люди помогли вырезать сердце Чжоу Чжуаньсу. А значит, они служат тому, кому выгодно. Вера верой, но умирать сейчас никому не хочется. Если эти люди боятся Ю Вэйюаня, то всегда будут иметь заточенный нож в кармане, чтобы перерезать дрессированному зверьку глотку, когда тот вырастет и оскалит клыки против своего хозяина.
Взгляд Му Яна стал острым, казалось, он сейчас вонзит в этого человека свои когти и вспорет ему живот. Неожиданно голос принца выдернул Му Яна из затмившей его разум пелены ненависти.
– Бегите, – тихим голосом проговорил Ю Вэйюань.
Старый монах прокашлялся и не спеша вышел из нависшей над ним тени Му Яна, опираясь на деревянную трость.
– Вы что-то сказали, Ваше Высочество? – его голос был полон отвратительной лести.
Ю Вэйюань натянул тетиву и, смотря прямо в глаза главе школы Будды, произнес:
– До того, как вы пришли, я преподал урок вашим младшим ученикам. Но я явно совершил ошибку. Нужно было разбираться не с ними, а с теми, кто поощряет подобное поведение. Советую вам немедленно извиниться.
Монах задумался на какое-то время, а после переспросил:
– Простите, Ваше Высочество, но за что мне следует извиняться? Разве я как-либо прогневал вас?
– Не передо мной! А перед тем, кто стоит перед вами…
Старик с недоумением взглянул на Му Яна. Тихо кашлянув, он оперся на трость обеими руками.
– При всем моем уважении, но мне незачем извиняться перед этим существом. Он демон, не имеющий права на перерождение. Единственное, что я могу чувствовать к нему, это лишь жалость… – прикрыв глаза, старик слегка наклонил голову. – Бросьте, Ваше Высочество. Ваши угрозы заслоняют солнце над вашей головой черными тучами. Вы же в самом деле не будете…
Внезапно монах замолк. Его глаза широко распахнулись. Он опустил удивленный взгляд на свою грудь, из которой торчала стрела, выпущенная принцем и угодившая точно в сердце. Он захрипел, что-то бормоча себе под нос, но слова застряли у него в горле, растворившись в небытии, когда он пошатнулся и упал замертво.
– Не будьте так самоуверенны.
Му Ян смотрел на расстелившийся труп монаха какое-то время, перед тем как наконец пришел в себя. Звук падающего лука вывел Му Яна из оцепенения. Когда он обернулся, увидел, как принц держится за горло, а из его рта течет кровь. Стоило Ю Вэйюаню оказать сопротивление, как старейшины, что обманным путем оказались позади него, тут же сложили печати. Золотое свечение сдавливало шею принца, вызывая удушье, а острые иглы беспощадно вонзались в его нежную кожу. Му Ян стиснул зубы, выплюнув: