Император оскалил зубы:
– Я солгу, если скажу, что доверяю тебе. Но я уверен в искренности тех слов, что услышал только что. Ты ненавидишь своего младшего брата. Ты всегда его ненавидел. Возможно, ты ненавидишь даже меня. – Император наклонил голову, продолжив говорить с толикой иронии: – Что же мне делать с тобой, Ю Байху? С одной стороны, ты оказался прав, с другой – этот демон вырыл и тебе могилу. По всей видимости, он решил утащить и тебя на дно… Интересно…
Юноша, что все это время стоял за спиной императора, осторожно подал голос:
– По правде, наследный принц Ю Вэйюань не так прост. Скорее всего, он, его наставник и этот демон заодно. Возможно, в этом деле замешано куда больше демонов, чем мы можем предположить…
– Ты служишь наследному принцу, но помогаешь его старшему брату?
Император обернулся, посмотрев юноше прямо в глаза.
– Дело в том, что я с самого детства боюсь демонов. Они пугают меня, даже если и ведут себя дружелюбно. – Его голос дрожал, но слова были искренни.
Император мягко улыбнулся, положив на плечо Ю Байху свою ладонь, а после наклонился, чтобы его слова мог расслышать только он:
– Тот, кто предает один раз, предаст и второй. Помяни мои слова, Ю Байху. Предателей не стоит оставлять в живых, особенно если ими движет чувство страха.
Он похлопал его по плечу, а после отстранился и ушел. Бросив напоследок дрожащему от страха юноше:
– Пойдешь со мной и расскажешь все, что тебе известно…
Неловко кивнув, юноша бросил взгляд на Ю Байху, затем отправился за Сыном Неба.
* * *
Мао Яньсяо коснулся глиняной чаши и приподнял ее, сопровождая жест легким кивком и мягкой улыбкой. Чтобы опустошить чашу, он влил алкоголь себе в горло. Из его уст лились красноречивые речи, а в душе скребли дикие кошки, истошно мяукая и терзая его израненное сердце.
Люй Яо слегка толкнул его локтем:
– Улыбайся…
– Я улыбаюсь. – Мао Яньсяо посмотрел на Люй Яо и выдавил из себя широкую улыбку. Сохраняя нелепое выражение лица, он спросил: – Так лучше?
– Это совсем неискренне! – заявил Люй Яо, продолжая неспешную трапезу. Однако кусочек лосося вновь упал на тарелку, стоило Мао Яньсяо снова открыть рот:
– Я могу искренне улыбаться только вам, учитель.
Мао Яньсяо усмехнулся, бросив многозначительный взгляд на наставника. Он дождался, пока слуга заполнит его чашу вином, вновь поднес ее к губам, но прежде чем испить, прошептал:
– Как вы вообще можете есть, зная, что в любой момент с наших плеч могут слететь головы?
Люй Яо прикрыл глаза. Медленно прожевывая лосося, привезенного из южных округов, он ответил:
– Мысль о том, что слетит именно твоя голова, усиливает мой аппетит.
Мао Яньсяо покосился на него и закашлялся, когда вино попало не в то горло. Все еще кашляя, он проговорил:
– Кхе-кхе… Я ведь могу и обидеться… Я, конечно, не против умереть с вами в один день, но это будет слишком…
Люй Яо кивнул:
– Согласен. Упаси меня Небесный Владыка от такой кары, как умереть с тобой в один день.
Так как этот обед был семейным, за столом собрались только самые близкие или приближенные к императорской семье или семье Ван. Стол накрыли под небом, наслаждаясь лучами теплого весеннего солнца. Цветущие пионы заполняли своим нежным благоуханием весь императорский сад, смешиваясь с ароматом свежей еды. Ван Чэн не только самолично прибыл в столицу, но и привез с собой много гостинцев, которыми не было обделено южное побережье Женьшу: моллюсков, крабов, морских рыб и даже водорослей. В честь этого торжества даже поспешно возвели на скорую руку небольшой бассейн и скрыли его за занавесями прямо возле места, где были накрыты столы для дорогих гостей. Судя по тому, что время от времени слышался плеск воды, там находились живые рыбы.