Поттер стоял в дверном проёме, смотрел в небо, где Тор превратился в точку, и думал, вероятно, о том, что обереги на кафе, которые он запитывал четырнадцать лет, только что разнёс в щепки бог грома, который хотел сливочного пива.
Старушка в углу постучала ложечкой по чашке.
— Милый, — сказала она. — Мне ещё чаю. И тут сквозняк.
Поттер посмотрел на пустой дверной проём. На сквозняк. На старушку.
— Конечно, — сказал он. — Одну минуту.
Он достал палочку. Впервые — при свидетелях, при девушке с ноутбуком, которая уже давно перестала печатать и просто смотрела. Взмахнул. Дверь поднялась с пола, встала в проём, петли вкрутились сами, колокольчик повис на месте. Трещина в дереве — осталась. Но дверь — закрылась.
Поттер убрал палочку. Повернулся к залу.
Старушка вязала. Как будто ничего особенного.
Девушка с ноутбуком открыла рот.
— Это… — начала она.
— Сквозняк, — сказал Поттер. — Починил. Вам ещё кофе?
* * *
Гарри сидел в подсобке и смотрел на трещину в двери. Хедвиг на жёрдочке — перья дыбом, второй час.
— Бог грома, — сказал Гарри. — Выбил дверь. Сломал стул. Выпил четыре сливочных пива. Назвал меня «хранитель очага».
Хедвиг охнула от удивления.
— Один человек бы сказал: «Если в дом ломится медведь, виноват тот, кто оставил мёд на крыльце». Обереги слишком яркие. Я перестарался. Четырнадцать лет вкладывал, и теперь это место фонит, как маяк.
Он взял кружку. Отпил.
— Хранитель очага. Надо же.
Примечание к части
Следующая глава с Фьюри уже на бусти
Фьюри
В понедельник утром Ник Фьюри посмотрел на доску, снял её со стены и убрал в шкаф.
Хватит.
Неделя. Шесть агентов — если считать Старка и Беннера, которых он даже не отправлял. Ни одного результата. Зато — круассаны, пироги, рисунки, тыквенный сок, экзистенциальные прозрения и бог грома, который выбил дверь, сломал стул и улетел, обещая вернуться с новой дверью из «древесины мирового ясеня». Хилл оформила еженедельную доставку на весь штаб. Аналитический отдел подал коллективную заявку на круассаны по пятницам. Ситуэлл — Ситуэлл, тихий, надёжный Ситуэлл — вчера спросил, можно ли получить рецепт пирога с патокой для жены.
Фьюри проигрывал. Он это признавал. Внутри, молча, не говоря в слух — но признавал. Владелец кафе в Бруклине победил ЩИТ выпечкой. Это войдёт в историю. Или нет — потому что Фьюри эту историю засекретит и сожжёт.
Он взял куртку и вышел из кабинета. Хилл посмотрела на него из-за стола.
— Куда?
— В Бруклин.
— Доставка была в пятницу. Следующая через…
— Я еду сам, Хилл.
Пауза. Хилл умела молчать красноречиво.
— Вы сможете мне кое-что привезти? — спросила она.
— Нет.
— Круассаны?
— Нет.
— Четыре с шоколадом?
Фьюри посмотрел на неё. Хилл смотрела в ответ. Абсолютно серьёзное лицо.
— Хорошо, — сказал он. — Четыре. С чертовым шоколадом.
* * *
Фьюри припарковался за квартал от кафе. Привычка — всегда оставлять машину в стороне, всегда иметь путь отхода, всегда приходить пешком. Даже если идёшь за кофе.
Бруклин выглядел как Бруклин. Дома, деревья, люди. Ничего особенного. Ничего, что объясняло бы, почему маленькое кафе на углу превратило шестерых лучших людей планеты в постоянных клиентов.