— Вы посылаете лучшего агента ЩИТа… за кофе.
— Я посылаю лучшего агента ЩИТа на разведку. Кофе — прикрытие.
Ещё одна пауза. Длиннее.
— Это связано с тем файлом из MI6? — спросила Хилл.
— Может быть.
— Из-за него вы уже не спите несколько часов?
— Я не «не сплю». Я анализирую.
— Вы анализируете в два часа ночи в темноте. Это называется «не спите».
— Хилл.
— Да, сэр?
— Романофф. Завтра. Восемь утра. Пусть возьмёт наличные — кафе, скорее всего, не принимает карты.
Фьюри повесил трубку.
Он не знал, что именно найдёт Романофф в маленьком кафе в Бруклине. Он не знал, кто такой Гарри Поттер — на самом деле. Он не знал, что случилось в пустых одиннадцати страницах и в пустых семи годах.
Но он знал одно: если MI6 просит его отступить — значит, там есть что-то, от чего стоит не отступать.
Ник Фьюри выключил экран. Виски был на нижней полке, третья бутылка слева.
Завтра начнётся.
Примечание к части
А следующая глава уже на бусти!
Наташа
Наташа получила задание в восемь утра.
Это было необычно по двум причинам. Во-первых, задание пришло не через стандартный канал, а лично от Фьюри — голосовое сообщение, три секунды, «Романофф, зайди». Во-вторых, когда она зашла, Фьюри выглядел так, будто не спал. Не «не спал одну ночь» — к этому она привыкла, — а «не спал принципиально, из упрямства, потому что сон — это для людей, у которых нет паранойи уровня А+».
На его столе лежала папка. Тонкая. С грифом MI6 и следами от скрепок в тех местах, где раньше, очевидно, были другие страницы.
— Кафе в Бруклине, — сказал Фьюри. — «The Snitch». Владелец — Гарри Поттер, британец. Лёгкое прикрытие. Зайди, осмотрись, поговори. Не давить, не провоцировать.
— Что я ищу?
— Всё, что найдёшь.
Наташа открыла папку. Пролистала. Подняла бровь.
— Здесь почти ничего нет.
— Я знаю.
— Одиннадцать страниц вырвано.
— Я знаю.
— MI6 так не делает. Они засекречивают, но не вырывают. Вырывают — когда боятся, что засекреченное кто-то всё равно прочитает.
Фьюри посмотрел на неё одним глазом. Во взгляде читалось: «Именно поэтому ты идёшь, а не стажёр».
— «Рекомендуется не вступать в контакт», — прочитала Наташа вслух. — «Рекомендуется не провоцировать». Интересная формулировка для владельца кафе.
— Ещё интереснее — энергосигнатура. Место фонит. Стабильно, четырнадцать лет, неклассифицируемая энергия. Не радиация, не тессерактовая, не асгардская. Что-то другое.
— Магия? — спросила Наташа. Без иронии. После Тора слово «магия» в ЩИТе перестало быть шуткой.
— Может быть. Может, нет. Поэтому — лёгкое прикрытие. Зашла, заказала кофе, посмотрела. Если он чист — уходишь. Если нет — я хочу знать.
Наташа закрыла папку.
— Наличные? — спросила она.
— Что?
— Кафе, скорее всего, не принимает карты.
Фьюри моргнул. Один раз. Медленно.
— Откуда ты знаешь?
— Место, которое четырнадцать лет не замечают санитарные инспекторы, вряд ли подключено к банковскому терминалу.
Фьюри протянул ей двадцатку.
— Сдачу оставь себе.
* * *
Наташа вошла в «The Snitch» во вторник, в 10:17 утра.
Канадский акцент. Светлый свитер. Джинсы. Кроссовки. Волосы — блонд, короткая стрижка. Никакого оружия, если не считать ножа в подошве левого ботинка и удавки, вплетённой в браслет. Стандартный набор для похода за кофе.