Пружинистой походкой направляюсь к железной двери и хватаюсь за ручку, стараясь не показывать, насколько просто мне ее открыть. Мужчина, вошедший прямо передо мной, с трудом открыл ее из-за порыва ветра.
Решив, что с моей скоростью будет быстрее подняться по лестнице и по мере подъема обнюхивать коридор на каждом этаже, я направляюсь к лестничной клетке. Добравшись до двадцать четвертого этажа за рекордное время, я замираю на месте, когда ее сладкий ежевичный аромат ударяет мне в ноздри, отчего у меня текут слюнки и зудят клыки. По пути до меня доносились лишь слабые нотки этого запаха, будто бы она иногда пользовалась лестницей, но здесь он был гуще и насыщеннее.
Я следую за ароматом по коридору, словно ребенок в магазине сладостей, и останавливаюсь у двери с номером 2431.
Вот она.
Дверь украшает венок из искусственных красных листьев и ягод, а у порога лежит небольшой коврик с надписью «добро пожаловать» и изображением черного кота, выглядывающего из-за нее. Эта уютная деталь немного не вяжется с образом сурового детектива, за которым я слежу. Но мне нравится, что у нее, возможно, есть мягкая сторона, которую мало кто видит.
Делая шаг вперед, я сдерживаю рвущийся из груди стон, глубоко вдыхая и впитывая в себя как можно больше ее запаха.
Он наполняет меня, уникальным образом придавая сил.Питает даже больше, чем кровь, необходимая для моего существования.
Прижавшись лбом к двери, я практически могу представить, что она стоит по ту сторону и вот-вот впустит меня. Она бы улыбнулась мне своими великолепными губами. Карие глаза сияли бы, пока она стояла бы, прислонившись к косяку. Я не смог бы устоять и, обняв ее за талию, прижался бы к ее губам. Ее воображаемое постанывание от удовольствия отдается напряжением в моем члене, и на этот раз я не могу сдержать свой стон.
— Я могу вам чем-то помочь? — резким голосом спрашивают справа от меня. Я поворачиваюсь и вижу парня лет двадцати с пакетами из продуктового магазина в руках и вопросительным выражением на лице.
Немного неловко, что этот человек смог незаметно ко мне подкрасться.
Нацепив фальшивую улыбку и засунув руки в карманы, чтобы выглядеть безобидно, я отвечаю:
— Привет, да. Я пришел к своей кузине Селин, но она такая растяпа — дала мне не тот ключ, — говорю я, надеясь, что благодаря оправданию, смогу замаскировать похотливый стон, который издал секунду назад, под разочарованный.
Он нерешительно кивает, отчего каштановые волосы падают ему на глаза.
— Я никогда раньше вас не видел и не припоминаю, чтобы она упоминала о двоюродном брате. — На его лице отражается скепсис.
— Серьезно? Мы очень близки, но я живу в Калифорнии, так что возможность навестить ее выпадает нечасто. — Я протягиваю руку, и он нехотя пожимает ее, стараясь переложить продукты в другую. Он вздрагивает от моего прикосновения, во взгляде читается недоверие. — Трент. — Я бы солгал, если бы сказал, что не сжал его руку чуть сильнее, чем следовало.
Вопреки тому, что рассказывается в вымышленных историях, вампиры не бросаются в глаза. Мы умеем сливаться с толпой, не привлекая внимания, — это одно из качеств, делающих нас такой угрозой для людей.