Они подошли ближе, но на лестницу подниматься не стали.
Один из «торпед», здоровенный бык с перебитым носом и пустым взглядом штангиста, отделился от группы и пошел прямо на нас по ступеням. Он двигался вразвалочку, демонстрируя мнимую расслабленность, но я видел, как его правая рука легла под полу куртки.
Он поднялся на наш ярус, остановившись в двух метрах от Дерягина. Потянул носом воздух.
— Стволы достали. Два пальца на рукоять и на бетон, аккуратно, — прохрипел бык, сплевывая себе под ноги. — Шмонать буду.
Дерягин только усмехнулся, не вынимая рук из карманов плаща.
Я шагнул навстречу. Дистанция сократилась вплотную.
— Дистанция, боец, — ровно произнес я. — Ты не с коммерсантами общаешься. Еще шаг — ляжешь с простреленными коленями. А потом твой хозяин тебя же в этом пруду утопит за срыв встречи. Назад.
Штангист дернулся. В глазах вспыхнула злоба. Он привык, что коммерсанты отводят взгляд. Я смотрел не мигая.
Бык заколебался. Почуял угрозу, которую не достать кулаком.
— Остынь, Боря! — резко донеслось снизу.
Валет стоял у подножия трибуны, сложив руки на груди. Боря судорожно сглотнул, нехотя разорвал зрительный контакт и сдал назад, возвращаясь к своим.
Валет с адвокатом медленно поднялись по бетонным ступеням и остановились в трех метрах от нас. Охрана замерла чуть ниже, готовая рвануть по первой команде.
— Ну и погодка, командир, — хрипло произнес Валет вместо приветствия, глядя на Дерягина. — Чего не в кабинете на Вайнера? Чай бы попили.
— В моем кабинете ты бы протокол допроса читал, а не чай пил, — жестко ответил Дерягин, сбрасывая окурок под ноги. — Мы здесь неофициально. Разговор короткий. Касается твоих интересов.
— Моих? — Валет криво, зло усмехнулся. — С каких пор чекисты заботится о моих интересах? Арнаутов сказал, вы инфу принесли. Ну, вываливайте. Только без ваших конторских разводок.
Дерягин открыл было рот, чтобы продолжить прессинг, но я сделал полшага вперед, перехватывая инициативу. Подполковник согласно промолчал — это была моя игра.
— Разводок не будет, — мой голос прозвучал ровно и тихо, с лидером ОПГ говорил офицер ВГУ КГБ СССР. — Будут факты.
Я достал из-под куртки сложенные бумаги и протянул их адвокату. Арнаутов с опаской взял листы, развернул, пробежался глазами. Его лицо под очками начало стремительно бледнеть.
— Что там, Рома? — Валет не сводил с меня тяжелого взгляда.
— Это… это банковские проводки, — голос адвоката дрогнул. — Уведомление из «Урал-Инвеста» о заморозке счетов металлургического завода. ВИЗа. И договоры цессии. Долги завода выкуплены четырьмя фирмами…
— Твой карманный банк, Валет, — я ударил словом, как молотком. — Вчера твой председатель правления перекрыл кислород огромному заводу. Сделал он это после жесткого наезда «Уралмаша». Посмотри на названия фирм, скупивших долги ВИЗа. Это их прокладки. Твоих врагов, Валет.
Авторитет опустил глаза на бумаги. Секунда. Вторая. До него дошло. Желваки на его впалых скулах заходили ходуном.
— Уралмашевские используют твой банк втемную. Твоими руками они сейчас душат завод, чтобы забрать его себе за копейки.