— Похоже, придется заходить с парадного входа.
Деррик без промедлений развернулся, вознамерившись проделать путь обратно. Колин Илиад и Ловия, обменявшись короткими взглядами, едва заметно, синхронно кивнули.
Отряд из четырех полубогов вскоре благополучно вернулся к подножию той самой исполинской, пепельно-серой каменной лестницы. Запрокинув головы, они устремили взоры ввысь:
Над этим мертвенно-безмолвным каскадом поистине циклопических ступеней возвышалась монументальная крепостная стена, сплошь испещренная подпалинами и глубокими шрамами от былых разрушений. Кое-где в каменной кладке угрожающе торчали стрелы, по толщине ничуть не уступающие стволам заурядных деревьев.
В самом сердце этой неприступной твердыни зияли исполинские, вымахавшие на добрые несколько десятков метров ввысь двустворчатые врата. Их поверхность отливала свинцово-сизым оттенком и была щедро инкрустирована рядами массивных золотых гвоздей.
По флангам портала несокрушимыми изваяниями застыли два стража. Вымахав под пять-шесть метров ростом, эти гиганты источали удушающую, первобытную ауру. С ног до головы закованные в безупречную, монолитную серебряную броню, они внушали леденящий трепет: один намертво сжимал двуручный меч, другой небрежно упирал в землю древко циклопической секиры. А сквозь прорези их забрал зловеще полыхали сгустки оранжево-красного пламени.
«Серебряные Рыцари»!
На страже врат стояли сразу два «Серебряных Рыцаря»!
Колин Илиад благоразумно не стал терять ни секунды. Резко отведя взгляд от этой подавляющей картины, Вождь обратился к Герману Воробью:
— Я свяжу боем одного из «Серебряных Рыцарей», а вы тем временем постарайтесь стереть в порошок второго, и как можно скорее.
Положа руку на сердце, старец совершенно не ведал о подлинных пределах мощи Германа Воробья. Вот только опираясь на то первобытное благоговение, что плескалось в глазах Деррика Берга, вкупе с тем неоспоримым фактом, что этот гость самолично распахнул врата покоев Короля Гигантов, «Охотник на Демонов» вынес железобетонный вердикт: этот благословенный господина «Шута» полубог ни на йоту не уступает ему самому.
При таком раскладе, заручившись надежной поддержкой Ловии и Деррика, что Герману Воробью, что самому Колину Илиаду не составило бы особого труда в кратчайшие сроки пустить в расход одного из стражей. В конце концов, перед ними высились отнюдь не живые святые во плоти, а лишь некие специфические, напрочь лишенные искры разума големы.
Не успело эхо слов Колина Илиада растаять в воздухе, как он узрел поистине диковинную картину: Герман Воробей согнулся пополам и раскатисто, безумно расхохотался:
— И с какой стати мы должны придавать столь колоссальный вес этим жалким игрушкам?
— Будь они живыми, дышащими разумом, подлинными «Серебряными Рыцарями» — я бы, вне всяких сомнений, проявил ту же параноидальную осмотрительность, что и вы. Вот только сейчас… ха-ха, просто смотрите и наслаждайтесь спектаклем.
Роняя эти слова, Клейн изящно прижал левой рукой, по которой всё так же мерзко копошилась прорва «Червей Духа», свой шелковый цилиндр. Резко выпрямив спину, юноша чеканным, уверенным шагом направился прямиком к монументальным ступеням.