— Наденьте, — сказал он. — На воде утром холодно.
Наталья взяла куртку в руки.
— Она тяжёлая.
— Это хорошая тяжесть.
Она надела её поверх платья и посмотрела на себя в зеркало у двери.
— Неплохо, — признала она.
— После ваших вчерашних оценок это почти восторг.
— Не начинайте.
Они спустились к набережной, где у причала покачивался тёмный гидроцикл.
Наталья остановилась.
— Мы поедем на этом?
— Да.
— Серьёзно?
— А что вы ожидали? Что поедем на машине?
— Было бы неплохо.
— Я не могу спокойно передвигаться по городу.
— Почему?
— У меня нет водительских прав.
Наталья резко повернулась к нему.
— Я так и знала!
— Зато гидроциклом я управлять умею.
— Это почему-то не успокаивает.
Луис помог ей сесть позади себя, проверил крепления, завёл мотор, и гидроцикл отошёл от набережной. Наталья вцепилась руками в его куртку с таким видом, будто собиралась обвинить его в этом позже, но пока предпочитала не падать в Неву.
Утренний Петербург с воды выглядел совершенно иначе. Город ещё не проснулся до конца: улицы были спокойнее, мосты отражались в каналах, окна старых домов ловили золотистый свет, а над Невой стояла та особенная прозрачность воздуха, которая бывает только ранним майским утром.
Гидроцикл быстро рассекал воду, оставляя за собой тонкий белый след. Они проходили мимо гранитных набережных, под низкими мостами, вдоль старых фасадов, которые отражались в воде так ясно, будто город существовал одновременно в двух измерениях. Где-то открывались кафе, где-то дворники лениво сметали пыль с тротуаров, а редкие прохожие останавливались, провожая взглядом странную пару на воде.
Наталья сидела позади Луиса, придерживая волосы одной рукой, а другой всё ещё держась за него. Ветер трогал край её платья и воротник кожаной куртки, а вода разбивалась о корпус гидроцикла серебристыми всплесками.
На несколько минут ей даже удалось забыть, насколько безумной стала её жизнь.
— Красиво, — сказала она тихо.
— Петербург умеет быть красивым, — ответил Луис. — Особенно утром.
Они причалили недалеко от гостиницы «Океан» на улице Восстания, неподалёку от Московского вокзала.
— Ждите здесь, — сказала Наталья. — Я быстро.
— Это обычно говорят перед катастрофой.
— Постарайтесь хотя бы десять минут не пытаться поймать никого из мифологических существ.
— Не обещаю.
Наталья скрылась внутри гостиницы, а Луис остался у гидроцикла. Он стоял, прислонившись к перилам набережной, и смотрел на утренний город.
Именно тогда он заметил, что по проводам над улицей что-то движется.
Сначала он принял их за птиц. Но существа были слишком маленькими и слишком быстрыми. Они перебегали по электрическим кабелям тонкими длинными лапками, иногда повисали вниз головой и издавали странные свистящие звуки.
Одно из них остановилось на фонаре.
Это было существо размером с кошку, с длинными ушами, сероватой шерстью и глазами, светящимися голубоватым электрическим огнём. Оно напоминало смесь домового, чайки и старого городского слуха.
Луис тихо выдохнул.
— Ну только вас мне сейчас не хватало.
Петербургские легенды называли этих существ фонарниками. Считалось, что они живут между проводами, фонарями и городским туманом, питаются электричеством и появляются там, где аномалия начинает просачиваться в повседневную жизнь.
