— Вот, — сказал он, протягивая их мне.
— Что это? — спросила я, нахмурившись.
— Мои дневники. Я веду их ещё со времён колледжа. Если прочитаешь их, может быть, тогда поверишь мне. Возьми их домой и прочитай.Прошу тебя, Оливия. Я тебя умоляю.
Я прищурилась, глядя на отца. Мне казалось, что он снова начал пить. Но, решив подыграть ему, я взяла дневники. Читать их я всё равно не собиралась — это казалось слишком личным.
ОЛИВИЯ
Глава 3
Сидя в своём Джипе Врэнглере на подъездной дорожке у дома отца, я с силой ударила по рулю. У меня было чувство, будто папа и Ли — двое мужчин, которые меня вырастили, — устроили против меня заговор.Какого чёрта? Они оба недолюбливают моего парня? Я знала, что папа его не любит, но теперь ещё и Ли? Или папа просто выдумал всю эту историю, чтобы оправдать собственные чувства? И он всерьёз считает, что я путешественница во времени? Да он окончательно рехнулся!
Я была слишком зла, чтобы разговаривать с кем-либо из них.
Я посмотрела на дневники, лежавшие рядом. Мне было страшно их открывать. Что я там найду? Бредовые записи человека с нестабильной психикой? Или папа всё-таки говорил правду?
Я завела машину и выехала по обсаженной деревьями подъездной дороге в сторону улиц Сиэтла. Обычно вождение помогало мне успокоиться, поэтому я бесцельно петляла по второстепенным дорогам и жилым кварталам. Я могла бы вернуться в подземное додзё Ли и продолжить тренировку. Я была бойцом, который учил других людей защищаться. Никто не должен пройти через то, что пришлось пережить мне в детстве. Но сейчас я была слишком зла даже для этого.
Почему родители всю жизнь говорили мне, что я родилась в больнице, если на самом деле я появилась на свет в пещере в Перу? Вообще-то это довольно впечатляющая история. Сразу прибавляет крутости, знаешь ли. С моих губ сорвался саркастический смешок.
Когда я добралась до Фримонта — своеобразного района, когда-то бывшего пристанищем хиппи, а теперь заметно облагороженного, — движение внезапно остановилось.
— Какого хуя? — пробормотала я, всё ещё кипя от злости на папу и Ли.
Но потом увидела причину: впереди проходила уличная ярмарка, перекрывшая главную улицу района.
Я нашла место для парковки, решив пройтись между рядами и, может быть, хоть немного отвлечься от своего отвратительного настроения.
По обеим сторонам улицы тянулись белые и серые шатры. Продавцы торговали органическим мёдом, домашней вяленой говядиной, яркими детскими шапочками, пёстрыми юбками и футболками в стиле тай-дай. По-моему, такую одежду никто не носил ещё до моего рождения.
Почему её вообще всегда продают на уличных ярмарках? Пытаются избавиться от залежавшегося товара пятидесятилетней давности?
Да ни за что на свете меня не увидят в развевающейся юбке и футболке с психоделическими разводами. Если я не была в спортивной одежде, то обычно носила джинсы и хенли.
Пока я рассматривала весь этот хлам, выставленный на продажу, настроение постепенно улучшалось. Я отвернулась от палатки, где продавались украшения из морского стекла, и вдруг заметила Ли. Он был в джинсах Levi's и ковбойской рубашке с длинными рукавами, а руки были заняты пакетами с органическими продуктами.
