Может быть, в соседнем доме что-нибудь найдётся.
Но едва мои ноги коснулись земли за порогом маленького дома, я застыла.
Прямо передо мной стояла Тьма. Её чёрный плащ медленно колыхался из стороны в сторону, словно само время вокруг неё замедлилось.
— Оливия, — прошипела она.
На фоне пылающих развалин Тьма выглядела как самый страшный кошмар, явившийся, чтобы преследовать меня.
Я не могла пошевелиться, скованная первобытным ужасом, который заставляет либо бежать, либо сражаться.Ну же, Оливия, — мысленно умоляла я себя.Двигайся! Во рту пересохло так сильно, что щёки липли к зубам.Что говорил Роман? Тьму можно убить твоим кинжалом или отвлечь выстрелами из пистолета. «Глок» был закреплён на одном бедре, кинжал — на другом. Но мои конечности словно окаменели.
Тьма медленно покачивалась, описывая круг, будто и сама была прикована к земле.
Я нахмурилась. С этой Тьмой было что-то не так. Она отличалась от той, которую я видела в прошлый раз.
Глубоко вдохнув, я расправила плечи.
— Думаешь, я тебя боюсь? Думаешь, можешь просто прийти сюда и убить меня? Ошибаешься. Я уничтожу тебя.
Я бросилась прямо на силуэт, рассчитывая проскочить сквозь него. Вместо этого я со всего размаха врезалась в нечто неподвижное плечом.
Какого…
Я отшатнулась, собираясь ударить её головой, но фигура медленно растаяла в пустоте — именно так, как я и ожидала.
Резкая боль дёрнула мою голову назад.
Тьма стояла уже позади меня, крепко сжимая в кулаке мои волосы.
Изогнувшись назад, я смотрела прямо на неё, вцепившись обеими руками в её костлявое запястье.
Глаза, смотревшие на меня в ответ, как и само лицо, были совершенно точно женскими.
— Оливия, — прошипела Тьма.
И исчезла.
Я резко обернулась, пытаясь снова её найти.
Шёпот-змеиное шипение донёсся у меня из-за спины, и я мгновенно развернулась к нему.
Тьма медленно проступала из небытия, словно капля чёрных чернил, расплывающаяся в холодной воде.
Я приподняла подол своей столы и выхватила «Глок». У меня оставалось всего двадцать патронов, поэтому каждый выстрел должен был попасть в цель. Рука дрожала, когда я подняла пистолет. Это было нелепо — всю жизнь меня учили сохранять хладнокровие в самых опасных ситуациях, но сражение с этим… с этим демоном выбивало почву у меня из-под ног.
— Думаешь, ты такая сильная, — прохрипела Тьма. — На самом деле ты всего лишь ребёнок, который играет в войну своими жалкими игрушками. Внутри тыслаба. Слаба. Можешь пытаться убить меня, но у тебя ничего не выйдет. Ты недостаточно сильна, чтобы победить меня, не говоря уже о Бальтазаре. Он — мой союзник. Он защитит меня, а потом придётза тобой.
— Видишь ли, в тот самый миг, когда рождается Рождённый временем, появляется и Тьма. И я, Оливия, — твоя Тьма. Я жажду крови, и с каждой новой человеческой жизнью мой голод становится лишь сильнее. Но если я убью своего Рождённого временем, то обрету вечную жизнь. И больше всего на свете я хочу убить тебя и уничтожить.
Её зловещие слова пробрали меня до самых костей. От страха они словно завибрировали под кожей и мышцами. Это должно быть частью её тактики — она пыталась выбить меня из равновесия.
