В углах под лавками зияли крысиные норы. Крысы не боялись поваров и свободно грызли мешки с сухарями. Пахло гнилой капустой, прогорклым салом, сыростью и кислым тестом для дешевого ржаного хлеба. Бочки с квашеной капустой и соленой рыбой стояли тут же, подтекая и распространяя тяжелый дух.
Кухарка и кухонные мужики работали в грязных, засаленных фартуках поверх рваных рубах. Рядом с продуктами они часто курили махорку и утирали пот грязными тряпками, которыми протирали столы.
От увиденной картины хирурга чуть не стошнило.
— Иван Петрович! Вам плохо? — участливо спросила помощница, увидев его позеленевшее лицо.
— Мне очень плохо Дуняша, — сухо произнес ее начальник, — вот что я тебе скажу. Это не больница!
— А что же это? — всплеснула руками девушка.
— Это самый мерзкий гадюшник, который я когда-либо видел в своей жизни! — твердо заявил молодой человек.
— Так нешто Вы другие видели? — недоверчиво произнесла медсестра, — да и не говорили Вы ничего раньше такого. Может быть в Москве, когда учились?
— Не говорил, потому, что пьяным был все все время, — выкрутился лекарь, — вот что я тебе скажу. Эта больница в таком состоянии и есть самая главная угроза для здоровья тех, кто сюда приходит за помощью!
— Ну Вы прямо скажете, — обиделась за свое рабочее место, где до этого работал лекарем ее отец, после смерти которого, и прислали ему на замену Зубова, девушка.
— Вот скажи мне, сколько больных умирает в этой больнице из всех поступивших? — спросил хирург.
— Двое из трех, — вздохнула кастелянша, — бывало привезут, вроде бы ничего, а потом ему становится так плохо, что отходит! Так к нам и ложатся только когда уже никто им помочь не может!
— Я тебе вот что скажу, Дуняша, — тихо и спокойной произнес ее начальник, — стены этой больницы пропитаны страданиями и мучениями всех умерших тут людей. Это место сосредоточение самой черной магии! «и антисанитарии!» — добавил про себя доктор, — и есть только один способ избавиться от нее!
— Вызвать священника и магов? — тут же спросила девушка.
— Это не поможет! Слишком поздно! — мрачно ответил хирург, — место это проклятое. Было мне видение, что тут раньше капище идольское было! Где души невинные богу смерти язычники приносили. Боги те это место не забыли и души христианские продолжают похищать!
— А что же тогда делать? — удивилась Дуняша.
— Сжечь ее дотла! — глядя ей прямо в глаза ответил доктор, — сжечь, место осветить и построить на ее месте новую современную больницу.
— Сжечь? — глаза девушки стали круглыми, — так это же каторга! В Сибири!
— А убивать тут двух из трех больных? Это каторга бессрочная в Аду! В геенне огненной! — парировал молодой человек, — но если сделать все по уму, никто и не поймет, что это был поджог!
— А после того, как больница сгорит, Вы уедете в Москву и бросите меня тут? — поджала губы расстроенная кастелянша.
— Нет! Мне в Москву нельзя! — ответил лекарь, — я тут под надзором полиции. Пока будет строится новая больница, мы с тобой откроем свою частную врачебную практику! Пойдешь ко мне в компаньоны?