Дед резко сглотнул, дёрнув кадыком, а потом сделал то, чего Ячер от него ожидал: когда собеседник проникся перспективами, то перешёл от угроз к переговорам.
Ну наконец-то!
— Хейлар, на симпозиуме ты каким-то чудом умудрился произвести положительное впечатление на окружающих. Мне поступило интересное предложение от Потрбрасов. У них есть достойная невеста. Двадцать два года, дар Первого порядка, приятная внешность. Нобларина с безупречной родословной и мягким характером.
— Звучит так, будто ты описываешь скотину, а не женщину, с которой мне предполагается строить жизнь, — хмыкнул Ячер.
Дед продолжил, не меняя интонации:
— Это выгодное предложение. Глава рода Потрбрасов очень впечатлился тем, как ты поставил себя и какие качества проявил, а особенно тем, что ты не побоялся подойти к нему и отстаивать свою точку зрения. Для нас это прекрасная возможность породниться уже с третьей семьёй в Синклите. Такое предложение просто нельзя отклонять.
— Ну, раз нельзя отклонять, то женись на ней сам, — ехидно предложил Ячер.
— У тебя есть месяц на то, чтобы познакомиться с ней и заключить помолвку. В случае, если ты будешь помолвлен, я пойду на уступки и дам тебе ещё год на то, чтобы заключить брак.
— А как же Мигна? О ней ты подумал? — нарочито трагично спросил Ячер.
6.5
Дед скривился:
— Умолкни. Я и так слишком долго закрывал глаза на многие твои выходки. На то, что ты дерзил отцу. На то, что никогда не соблюдал правила дома, в котором рос. На то, что тебя неоднократно отчисляли из академии. На то, что ты подался служить у Разлома вместо того, чтобы остаться в семейной клинике. На то, что ты взял в качестве управляющего делами полукровку. На то, что ты не хочешь жениться. Я ждал, когда ты повзрослеешь и поумнеешь, но тебе уже почти двадцать восемь, а ты всё ещё ведёшь себя как паяц и ни во что не ставишь семью!
— Я люблю семью. Я просто не хочу жить по твоей указке.
— Вот и живи тогда, как хочешь. Семья не обязана тебя поддерживать, если ты не поддерживаешь семью. Можно подумать, брак — это такое уж обременение. Оставил жену дома и возвращайся на службу, кто тебе мешает? Видеть её будешь раз в месяц. Она не успеет тебе надоесть. Да, с твоими загулами придётся покончить, но тебе уже почти тридцать. Давно пора.
— Я ничего не прошу у семьи, с первого курса обеспечиваю себя сам и налог на безбрачие тоже плачу сам, — огрызнулся Ячер, которого наконец начал выводить из себя этот разговор. — Я не делаю ничего плохого.
— Ты ни во что не ставишь интересы рода и семьи, — обвинил дед.
Это было правдой. Они оба это понимали.
Интересы рода всегда стояли для Ячера ровно на том месте, на котором интересы самого Ячера стояли для рода — примерно на последнем.
Удивительная взаимность, однако дед отчего-то никак не мог оценить всю её ироничность. Вероятно, потому что чувством юмора не обладал и считал его бесполезным качеством, лишь раздражающим окружающих.
Ячер ядовито спросил:
— И что, я даже мать теперь не смогу увидеть?
— Не сможешь, — отрезал дед. — Ты и так попортил ей столько нервов своим вечным неповиновением. Лучше не иметь детей вовсе, чем иметь такое разочарование. От твоих выходок давно все устали. Но у тебя ещё есть месяц на то, чтобы всё исправить. Прояви лояльность к роду, женись на нобларине Потрбрас, и мы забудем о том, что этот разговор состоялся. Срок тебе на раздумия — месяц.