Я стартовал с места. Взрывное ускорение.
Три метра. Два. Один.
Я оказался у мяча на долю секунды раньше. Жестко поставил левую ногу, перекрывая траекторию. А правым плечом сгруппировался и пошел на таран.
Бац!
Мое плечо жестко, как отбойный молоток, врезалось в расслабленное тело полковника. Звук столкновения гулким хлопком разнесся по залу. Шилов отлетел в сторону. Его ноги оторвались от паркета. Он рухнул на бок, больно ударившись бедром и локтем о жесткое дерево. Дорогой костюм заскользил по мастике.
Мяч, чисто выбитый из-под его ног, улетел за боковую линию.
В зале повисла тишина. Скрип кроссовок оборвался. Дерягин замер с открытым ртом. Савченко побледнел так, словно увидел привидение. Кольцов только что снес начальника отдела, как товарный поезд — заглохшую «Волгу».
Шилов лежал на полу, судорожно хватая воздух ртом. Я спокойно подошел к нему. Никакой суеты. Никаких извиняющихся заискиваний. Остановился над ним. Протянул руку.
— Извините, товарищ полковник, — мой голос прозвучал ровно, без малейшего намека на раскаяние, на весь притихший зал. — Игровой азарт. Не рассчитал скорость.
Шилов смотрел на меня снизу-вверх. Он не смотрел на протянутую руку. Он смотрел в мои глаза. И в этот момент в его голове что-то щелкнуло. Как опытный чекист, он умел читать между строк.
По его расширившимся зрачкам я понял, что маска сорвана. Теперь он видел перед собой не глупого старлея, которому просто повезло. Он видел волкодава, который точно знал, что делает.
Этот стык не был случайностью. И не был игровой ошибкой.
Это был ответ на субботнее «повышение». Это была демонстрация силы. Открытый вызов.
Сигнал, посланный прямо в лицо: твои схемы я буду ломать так же жестко, как ломаю тебя сейчас.
Скулы Шилова свело судорогой. Он медленно, превозмогая боль в ушибленном локте, протянул руку и схватился за мою ладонь.
Я рванул его вверх, ставя на ноги. Легко, без усилий, демонстрируя свое физическое превосходство.
— Ничего… — прошипел полковник сквозь зубы.
Он отдернул руку и начал нервно отряхивать пыль с костюма.
— Бывает. Игровой момент.
Шилов направился, хромая, в сторону скамейки запасных.
— Меняйте меня. Колено потянул.
Я развернулся и легкой трусцой побежал в свою зону. Дерягин, пробегая мимо, коротко кивнул мне. Он не понял всей глубины нашего с полковником немого диалога, но он оценил мужской поступок. Старлей не прогнулся.
Глава 8 «Аварийная броня»
Остаток рабочего дня превратился в бюрократическое болото. После утреннего триумфа в спортзале система быстро напомнила мне, где мое место. Я вернулся в кабинет, пропахший табаком и дешевым растворимым кофе. Олег Савченко, стараясь не смотреть мне в глаза, уже перетаскивал на свой стол пухлые папки и дела оперативного учета по Верх-Исетскому заводу. Он суетился, перекладывая бумажки. Я молча передавал документы. Пусть работает.
До самого вечера я занимался рутиной, вживаясь в роль оперуполномоченного по линии незаконного оборота наркотиков. Читал сводки, листал отказные материалы из РОВД по притонам, составлял бессмысленные справки-меморандумы. Это была не работа госбезопасности, а имитация кипучей деятельности. Контора девяностых тонула в бумаге, пока на улицах делили страну.