— Такое прикосновение тебя устроит? — выпаливаю в возмущении и замахиваюсь, чтобы влепить ему пощёчину.
Но Денис перехватывает мне руку, некрепко, но твёрдо сжимает. Затем опускает вместе со своей. При этом он не сводит взгляда с моего лица.
— Не совсем, — с какими-то особенными, прежде незнакомыми нотками в голосе, отвечает он. — Я имел в виду скорее такое.
И, прежде чем я успеваю сориентироваться, Денис берёт меня за талию и одним движением прижимает к себе. Только и успеваю приоткрыть рот от удивления или желания издать какой-то возглас, как тут же чувствую бесцеремонное вторжение его языка. Двигается по моему, вроде бы гладя, но скорее захватывая. Ощущения именно такие.
Это не просто напористый поцелуй, но даже грубый. Денис им словно устанавливает на меня какие-то права, суть которых я совсем не понимаю. Да и вряд ли знает он. Просто действует… Головокружительно причём.
Какое-то время вообще не шевелюсь. Не до конца осознаю реальность происходящего. Не верю, что это со мной. И с ним.
Сердце бешено колотится, ноги не держат толком. Отдаю себе отчёт, что сохраняю опору только благодаря рукам Дениса. От этой мысли и продолжающихся действий языка по моему, жар гоняет по коже, а тело охватывает дрожь. Но я продолжаю стоять неподвижно. Никакого движения совершить не могу, как цепенею.
А ещё непроизвольно внимаю прикосновениям мужских губ, языка и рук. Странно, но, несмотря на унизительность ситуации, тело отзывается на воздействие Дениса приятным томлением. Откликается на слишком остро ощущаемый голод в поцелуе. Жажду какую-то дикую… В какой-то момент мне вдруг хочется поддаться действиям Дениса, сделать ответные, прижаться крепче…
Собственные желания пугают. Сердце бьётся чуть ли не в голове, гулкими ударами вбивая осознание опасности.
Лихорадочно вырываюсь. Резко так, как в панике вынырнув. И только ощутив свободу, тут же убегаю к себе в комнату. Не глядя на Дениса и ни о чём не думая.
Дверь закрываю сразу. Точнее даже запираю, чтобы никто не смог зайти, хотя подсознательно сомневаюсь, что Исаев стал бы. Боже, от одной мысли о нём не по себе… В несколько шагов преодолеваю расстояние до кровати и буквально падаю на неё. Сердце постепенно успокаивается. Но в голове всё ещё бессвязная вереница непонятных назойливых, как насекомые летом, мыслей.
Вскоре и они обретают ясность. Все сводятся к одной: к офигеть насколько изменившейся ситуации между нами с Денисом. Между нами и так всё непросто было, а теперь усложнилось в разы. Знаю это наверняка, чувствую каждой клеткой. Непонятно только, как теперь… К чему это всё приведёт? Мне уже искать варианты выхода из этого дома?
Ничто ведь не будет прежним… Или ещё есть шансы поставить чёткие границы?
Ладно… Утром станет понятно. Нет смысла размышлять и утопать в сомнениях сейчас.
Неподвижно лёжа и глядя в потолок, призываю себя отвлечься от происходящего. Думать об отце. Вспоминать детство… Но губы до сих пор горят, а тело приятно ломит. Я словно ещё там, в коридоре, и не одна, а с Денисом. Он как будто продолжает меня целовать, и всё так же настойчиво, будто это ему необходимо.