Да, знаю, что всё это дико.
Снова вспоминается поцелуй. И по резко накалившейся обстановке я уверен, что не мне одному.
— Ещё нет, — наконец отвечает Богдана с привычной вежливостью. — Я не столько ради этого туда шла, но мужчины и вправду очень достойные. Замужество вполне себе вариант, но только если я действительно этого захочу. Ты можешь помочь мне советом, кстати. Ты ведь отлично разбираешься в людях.
— Сватовством уж точно не занимаюсь, — отдаю себе отчёт, что у меня в голосе стальные нотки вдруг.
Но, кажется, на Богдану это не действует. Скорее наоборот… Непонятно, чего она добивается, но как провоцирует, продолжая тему:
— Ты уже советовал мне Виктора Чёрного. Он действительно хороший человек, но говорят, уже собирается жениться. Может, кто-то ещё?
Сжимаю челюсть. Напускаю на себя максимально отстранённый вид. Не знаю, что во мне ковыряет вдруг Богдана, но я не собираюсь давать реакцию.
— Выбирай сама. Думаю, на этот раз не ошибёшься, — отчуждённо выдаю.
Девчонка чуть меняется в лице. Вроде неуловимо, но какой-то момент я словно снова вижу в ней черты знакомой Богданы.
— Ты прав, — говорит она уже иначе, без эмоций. — Прошу прощения, что завела эту тему. Не стоило спрашивать совета у тебя.
Хмурюсь. Снова эта безразличная вежливость. С каждым таким тоном Богдана отдаляется всё сильнее. И неважно, почему, но меня это не устраивает.
Мне нужны её эмоции — любые.
— Почему же, я готов помочь, — миролюбиво возражаю. — За тебя выбирать не буду, но если захочешь узнать моё мнение о ком-либо — готов ответить.
В конце концов, это не худшая роль. По сравнению с теми, что я уже примерял на себя на этом чёртовом благотворительном вечере.
— Благодарю, — так же отчуждённо, но с едва заметным удивлением откликается Богдана.
Она растерялась — это видно. Несмотря даже на быстрый и сдержанный ответ.
— Вениамин Венчиков тебе точно не нужен, — не сдерживаюсь.
Богдана смотрит мне в глаза — смело, долго, задумчиво. Словно изучающе.
Аж немного по себе. Не столько от этого взгляда, сколько от осознания, как она на меня действует. А ведь я даже толком не разобрался, что с этим делать.
— Мы с ним почти не общаемся, — отведя взгляд и помолчав немного, сообщает Богдана. — Хотя после того, как ты ушёл, он стал уделять мне больше внимания. Но я теперь не выделяю его из остальных.
Чувствую, как напряжение само собой уходить начинает. Похоже, Богдана говорит правду. Но главное в её словах даже не то, что она теперь равнодушна к Венчикову…
Она заметила, как я ушёл. Всё-таки обратила внимание.
До этого момента я почему-то сосредоточился только на своём изменившемся отношении к ней.
Но ведь Богдана тогда откликалась на поцелуй. Вдруг за её отчуждённой вежливостью и сейчас что-то стоит? Внутренняя борьба?..
Может, ей всё-таки есть до меня дело. Как бы она ни подавляла это в себе.
— А кого-то выделяешь? — напрямую выпаливаю, впиваясь в неё взглядом.
С глаз — на губы. Намеренно провокационно.
Безмолвно напоминаю ей о моменте, случившемся здесь, неподалёку, год назад. И, какой бы невозмутимой ни пыталась казаться Богдана, цель достигнута. Она перехватывает мой взгляд на её губы. И тоже вспоминает.