Коротко кивнув, я переступаю порог, искренне ненавидя то, что теперь нас разделяет закрытая дверь.
Глава 23 Истон
Глава 23Истон
Как только самолет отрывается от взлетно-посадочной полосы в О'Хара и пути назад уже нет – я лечу в Нью-Йорк, хочу того или нет, – я решаю провести время в полете с пользой.
Толкаю Деккера, сидящего в соседнем кресле, и он отрывается от книги.
— Помнишь, как я летал в Кабо на мальчишник брата?
Он покачивает головой из стороны в сторону.
— Вроде да.
— Мы еще тусили накануне вечером, помнишь?
Единственная причина, по которой я это помню, – жуткое похмелье на следующий день в самолете, когда из-за турбулентности меня трижды вывернуло в туалете.
— Ты реально ждешь, что я вспомню? — усмехается Деккер.
— В ту ночь я с кем-то переспал, — я стучу кончиком ручки по бумаге.
Он подается ближе и заглядывает в записи.
— Что ты делаешь?
— Составляю список тех, кто потенциально может быть матерью Таннера.
Его брови ползут вверх, и Деккер толкает Хейса ногой.
Хейс распахивает глаза и вынимает наушники.
— Что?
— Зверюга составляет список потенциальных мамаш.
Я одариваю Деккера убийственным взглядом.
— Я вообще-то не планировал посвящать в это всех подряд.
Хейс пихает локтем Фостера, и тот тоже достает наушники.
— Чего вам? — он переводит взгляд с одного на другого, останавливаясь на мне.
— Зверюга вышел на тропу поисков матери ребенка, — Хейс подается вперед. — Реально думаешь, что у тебя есть шанс это выяснить?
— Твой негатив ни к чему. Спи дальше, — я отмахиваюсь.
— Не-а, мне как раз не хватало драйва в жизни, — он закатывает глаза. — Ну и кто в кандидатках?
Фостер выхватывает список у меня из рук.
— Эй, мы не в четвертом классе, чтобы ты отбирал записку, которую я пишу девчонке!
Он лишь смеется, пробегается глазами по тексту и возвращает листок.
— Не думаю, что «рыжая из клуба перед Кабо» – это хорошая зацепка.
— И это все? — Хейс скептически выгибает бровь.
— Не переживай, еще есть «девчонка с матча "Фэлконс"».
Фостер и Хейс переглядываются. Вид у обоих такой, будто готовы вынести приговор.
— Не надо так. Взглянул бы я на вас, если бы пришлось вычислять, кто родил вашего ребенка.
— Лейтон. Легкотня, — с абсолютно невозмутимым лицом парирует Хейс.
— А я с точностью до минуты знаю, когда заделал Келли ребенка, — добавляет Фостер.
При этих словах Хейс издает страдальческий стон, но благоразумно помалкивает.
— Я имею в виду время до того, как в вашей жизни появились Лейтон и Келли, — меня бесит необходимость оправдываться, но при этом сгораю от стыда, потому что то, что я не могу вспомнить ни одного имени, и правда слегка пугает.
— А зачем ты вообще хочешь ее найти? — спрашивает Деккер, как всегда, самый благоразумный из всех.
Хейс пожимает плечами.
— У тебя же есть Хедли.
— На год, — тихо отзываюсь я. — А я хочу, чтобы в жизни Таннера была мама.
— Хедли могла бы стать его мамой, — Фостер бросает на меня взгляд, который я воспринимаю как вызов.
Чего он не понимает? Хедли – не мама Таннера, и она не собирается задерживаться в этой роли дольше, чем того требует наш уговор. Дух Хедли просто иссохнет и умрет, если ей придется осесть на одном месте. Да, сейчас все отлично: она получит свой книжный, но я сильно сомневаюсь, что она когда-нибудь захочет сковать себя узами традиционной жизни.