Снова окунаюсь в гамму чувств в его глазах. Этот взгляд точно не может принадлежать холодному и надменному человеку. Сейчас Денис открыт, даже уязвим и… почти счастлив.
Так что его сдерживает?
— Я люблю тебя, Денис, — уверенно и нежно говорю.
Он, кажется, вообще теряет дар речи. Просто немигающе смотрит на меня, и этот взгляд выворачивает мне душу.
Тогда я решительно затыкаю все тревоги поцелуем. Что-то подсказывает: сейчас это — лучший способ выразить Денису любовь, добиться отклика. Возможно, он не до конца сознаёт серьёзность и искренность моих слов.
Вспоминая, как целовал меня он, пытаюсь делать это так же чувственно и откровенно, вкладывая в действия всю скопившуюся нежность. Но объятья, желанная близость и касания губ на этот раз причиняют странную, сладкую и томящую боль. Он не реагирует на мои действия — не отстраняется и не отвечает. Но я чувствую его отклик. Чувствую во всём. Странным образом ощущаю Дениса, как себя, и точно знаю — для него это чуть ли не самый важный момент в жизни. Как и для меня.
А ещё я понимаю, что должна оживить его. И ни в какую не сдаюсь, целуя отчаянно, напористо и почти даже яростно. Подключаю язык, жмусь всем телом…
И Дениса всё-таки прорывает. Он обнимает меня, крепко, как-то обречённо. Всхлипываю от его жеста — слишком чувствуются надрыв, желание, любовь и горечь. И необъяснимое ощущение утраты, несмотря на то, что Денис со мной, обнимает, гладит, целует.
И тут я настораживаюсь. Что-то не так… Не сразу замечаю этого, ведомая эмоциями. Но в какой-то момент это ощущение затапливает, а потом я и причину улавливаю. Там, где мои ладони касаются его груди… Даже через рубашку чувствуется шрам. Причём довольно грубый.
В нашу ночь, которая была не так давно, его определённо не было. Венчиков?
Он всё-таки попал не в руку? А именно так, как говорил?..
Цепенею. Буквально деревенею в объятиях Дениса и, кажется, он улавливает это. Напрягается всем телом, а потом осторожно отпускает меня.
А мне вдруг страшно поднять на него взгляд.
Глава 28. Богдана
Отступаю от всё ещё молчавшего Дениса. Кажется, он улавливает причину моего замешательства, но от этого только тяжелее. Потому что сразу видно, ему есть, что скрывать.
Мысли путаются и сбиваются, а сердце бьётся с такой скоростью, словно я бегу.
Связного понимания ситуации во мне всё нет, лишь горечь и тоска внезапная. Хочется разорвать на Денисе рубашку, требовать ответа… Но какой смысл? Я боюсь услышать от него что бы то ни было. Понятно одно — ничего хорошего он мне не скажет.
Денис… был ранен почти в сердце? А теперь такой живой и на вид здоровый передо мной стоит?
В горле пересыхает. Не может такое случиться просто так… И вообще, всё происходящее в те дни, когда мы бежали с Венчиковым, между собой связано. Интуитивно я ведь чувствовала это с самого начала.
Но как?..
Мотаю, пытаясь отвлечься от ненужных мыслей. Нет, мне не хочется об этом думать. И, уж тем более, копать глубже.
Ещё и Денис хранит молчание, и это напрягает не меньше. Я словно и его врасплох застала тем, что нащупала у него у груди. Ему явно есть, что скрывать…