— Впереди мы увидим один из самых выразительных участков набережной, — сказала экскурсовод. — Здесь особенно хорошо заметно, как Петербург соединяет античные мотивы, северную сдержанность и имперскую торжественность. Многие скульптуры города давно стали его символами, но, конечно, они прекрасны именно потому, что остаются на своих местах.
Наталья сначала не поняла, почему эта фраза заставила её напрячься. Она просто повернула голову в сторону набережной, куда смотрели несколько туристов. Потом один из мужчин на палубе вдруг приподнялся со своего места, поправил очки и сказал:
— Смотрите-ка… А это что, часть экскурсии?
Наталья проследила за его взглядом и увидела то, что невозможно было увидеть.
По набережной шли два атланта.
Они были огромные, тяжёлые, похожие на ожившие фрагменты каменного мира. Их мощные плечи, привыкшие держать небо и архитектуру, теперь двигались в ритме медленных шагов, а лица сохраняли ту суровую неподвижность, которая делала происходящее ещё страшнее. Казалось, они не просто идут по Петербургу, а проверяют его на прочность.
Наталья вцепилась пальцами в край сиденья.
— Я схожу с ума? — прошептала она.
Но нет. С ума сходила не только она.
Пассажиры начали подниматься, вытягивать шеи, доставать телефоны. Кто-то рассмеялся, кто-то ахнул, кто-то сразу включил камеру. Молодая девушка рядом с Натальей восторженно сказала:
— О-о-о, как правдоподобно! Питерцы просто гении! Вот это шоу!
— Наверное, фестиваль какой-то, — предположил её спутник. — Или рекламная акция. Сейчас всё что угодно придумают.
Один из атлантов остановился у края набережной и медленно повернул голову в сторону теплохода. Это движение было настолько тяжёлым и живым, что у Натальи похолодели руки. Никакой костюм, никакая механическая конструкция не могла так смотреть. Он смотрел не на туристов, не на телефоны, не на теплоход, а будто прямо сквозь всё это — туда, где спрятано объяснение происходящего.
Экскурсовод на несколько секунд замолчала. Её профессиональная улыбка дрогнула, но она быстро попыталась вернуть себе уверенный тон.
— Дамы и господа, перед нами, вероятно, необычная городская инсталляция… — начала она, но сама, кажется, не поверила своим словам.
Второй атлант сделал шаг, и под его ногой что-то глухо треснуло. Звук прокатился по воде низким каменным ударом. Несколько туристов радостно зааплодировали, решив, что это часть представления, а Наталья почувствовала, что больше не может обманывать себя.
Это не было частью экскурсии. Не был фестиваль. Не был розыгрыш.
Что-то действительно происходило с Петербургом.
Теплоход вдруг сбавил скорость. Капитанская рубка ожила тревожными голосами, двигатель изменил тон, и судно начало осторожно поворачивать к ближайшему причалу. Пассажиры сначала восприняли это как ещё один элемент маршрута, но вскоре по громкой связи раздался мужской голос, слишком напряжённый для обычного объявления.
— Уважаемые дамы и господа, по техническим причинам наш теплоход вынужден сделать остановку у ближайшего причала. Приносим извинения за доставленные неудобства. Стоимость экскурсии будет вам возмещена в полном объёме.