Взглянув на вставшую девушку, Цуй Вэньтин все понял – она была беременна! Изумленный, он уставился на благородное лицо Цяньмина, в общих чертах догадываясь, с какой целью тот приехал.
– Братец Цяньмин, поздравляю, поздравляю! Скоро в Поднебесной станет на одного достойного человека больше, – в порыве безудержной радости Цуй Вэньтин рассыпался в поздравлениях.
Цяньмин был талантлив и хорошо образован. Если бы у такого умного, уникального человека не было потомства, это действительно стало бы большой потерей.
– Братец Вэньтин, присядь, надо поговорить, – Цяньмин залился краской.
Цуй Саньцзинь как раз подготовил стол: замороженные сливы и ломтики арбуза, горячие блюда, вино. Цуй Вэньтин вместе с двумя гостями уселись вокруг.
– Братец Цяньмин, с какими наставлениями ты приехал в этот раз? – Цуй Вэньтин наполнил кубок друга до краев.
Он предположил, что тот собирается просить его об одолжении, но неулыбчивое лицо Сыкун Пуюй все еще оставалось для него загадкой. Когда они раньше собирались втроем, в воздухе не утихали звуки циня, звон кубков и радостный смех.
– Братец Вэньтин, я собираюсь отправиться в долгое путешествие за священными текстами, а Сыкун Пуюй оставлю на тебя, что скажешь? – одним глотком Цяньмин выпил все вино, что было в кубке, и сразу принял серьезный вид.
– Отправишься в долгий путь за священными текстами? Сколько времени у тебя это займет? – Цуй Вэньтин отставил нефритовый кубок, захватил палочками ледяной кусочек фиолетовой сливы и, сунув в рот, принялся тщательно пережевывать.
Как же поступить? Он только вчера отказался от брака, предложенного госпожой Мужун, а если сейчас он приютит беременную Сыкун Пуюй и это станет известно мнительной Цзялань, то его жизнь наверняка будет в опасности.
– Сложно сказать, если получится быстро, то три-пять лет, а если дело затянется, то восемь, а то и десять. Считай, что поручаю тебе дела, которые нужно будет решить после моей смерти. – Лицо от природы небрежного и распущенного Цяньмина излучало редкое для него благоговение и торжественность.
До Цуй Вэньтина дошла причина мрачного вида Сыкун Пуюй. Дело действительно серьезное.
– Не волнуйся, братец Вэньтин, я совершенно не собираюсь принести себя в жертву своей вере, да и не гожусь я для этого. Однако я непременно должен привезти священные каноны, это мой долг как настоятеля храма Юаньтун.
Противоречивые слова и поступки Цяньмина оставили Цуй Вэньтина в недоумении. Он был глубоко убежден, что тот в итоге станет великим буддийским наставником высшего ранга, мудрецом, опорой страны. Разве это не такой же долг монаха?
– Братец Цяньмин, как я должен позаботиться о Пуюй? – поколебавшись некоторое время, Цуй Вэньтин решился – он примет под свою опеку Сыкун Пуюй, как бы накладно это ни было.
– Это уже на твое усмотрение. Пуюй уже вот-вот должна разрешиться от бремени, если у нее не будет супруга, боюсь, это плохо скажется на ребенке. Если ты согласен помочь, найди ей мужа среди слуг своего поместья, – Цяньмин поднялся со своего места и озвучил просьбу, почтительно сложив руки.