Юйвэнь Юньфэй преклонил колени у ног Цзялянь, приветствуя ее, а затем, набравшись мужества, посмотрел ей в лицо. В этот миг в глазах юноши зажглась искра, яркая и сверкающая, и осветила Цзялянь. Та про себя улыбнулась – красота и уход за собой настолько эффективны!
– Надеюсь, маленький принц не проказничал и не доставил наставнику Юйвэню хлопот? – Цзялянь медленно поднялась и вышла из Башни Радостных Голосов, намереваясь переговорить с Юйвэнь Юньфэем с глазу на глаз.
– Супруга Мужун отлично воспитала маленького принца, он смышлен и послушен. – Юйвэнь Юньфэй угадал ее намерения и, храня почтительное безмолвие, последовал за ней.
Цзялянь специально замедлила шаг, желая испытать, насколько сильно его восхищение ею. К тому же ей хотелось понять, искренне ли она ему нравится или же он просто увлечен ее молодостью и привлекательностью. Каков бы ни оказался ответ, ей было все равно: юность, красота, даже тело женщины – это сокровища, позволяющие пережить самые неспокойные времена.
– Говорят, новая женщина императора прекрасна, словно небожительница? – грациозно обернувшись, Мужун Цзялянь посмотрела прямо в глаза Юйвэнь Юньфэю, оказавшемуся совсем рядом.
Пухлые алые губки девушки слегка блестели, почти магическим образом влекли к себе. Цзялянь уловила легкий запах мужественного тела Юньфэя, когда тот склонился, словно подчеркивая – он покоряется ее красоте. В то же время он напряженно взвешивал за и против – сказать или промолчать?
– По правде говоря, это не имеет особого значения. Жена государя не может быть мелочной, не может придираться к пустякам. Ну скажешь ты, и что я с этим знанием делать буду? – когда они дошли до рощи пятнистого бамбука, раскинувшейся за Башней Радостных Голосов, Цзялянь вновь взглянула на него обворожительными глазами и попыталась приободрить его.
Кто сказал, что благородство и широта души женщины раскрываются, только если она ведет себя сдержанно и в высшей степени покорно? Цзялянь была жемчужиной, драгоценным камнем, но и что-то кошачье тоже присутствовало в ее натуре. Сейчас она не просто бросила вызов самообладанию Юньфэя, но и проверяла силу своего очарования.
– Это дочь главы уезда Чжэньчуань, господина Чжэн Цецзуна, – Юйвэнь Юньфэй в конце концов сдался и сообщил все как есть.
– Неужели у господина Чжэна две дочери? – Мужун Цзялянь помнила, что Юйвэнь Сюн женился на дочери этого человека.
Стоя в тени зеленого бамбука, она машинально провела рукой по пятнам на стеблях, похожим на следы слез. Юйвэнь Сюн – это имя все еще хранилось в ее сердце.
– Нет, у господина Чжэна есть только одна дочь, она жена Бога войны Юйвэнь Сюна. Однако сейчас она также стала женщиной его величества, – слова Юйвэнь Юньфэя грянули как гром среди ясного неба. Мужун Цзялянь голову бы сломала, но ни за что бы не догадалась, что Юйвэнь Ху способен на такой выходящий за все рамки поступок!
– Господин Чжэн и впрямь отличный отец. – Мужун Цзялянь мертвой хваткой вцепилась в бамбуковый стебель, ей понадобилось немало времени, чтобы тихим голосом выдавить из себя эту фразу.