– Не нужно, так я только заставлю батюшку с матушкой беспокоиться. – Устроившись на лошади, Ли Чжэньмэй робко обхватила юношу за пояс.
Они стремительно помчались по дороге, пока не прибыли к задним воротам храма в окрестностях столицы.
– Это монастырь Аньго, думаю, те негодяи не найдут его. Девушка, вы натерпелись от них, отдохните пока тут, а я пойду распоряжусь, чтобы вам принесли новое платье переодеться.
Юноша в белых одеждах соскочил с коня, толкнул приоткрытую дверь и впустил Ли Чжэньмэй внутрь. Обстановка была довольно примитивной: только кровать, стол и стул, но комната была чистой и опрятной.
– Благодарю за заступничество. Могу ли я узнать имя моего героя? Чжэньмэй обязательно сохранит его в своем сердце и отплатит за помощь в будущем, – сгорая от стыда, произнесла Ли Чжэньмэй, опустившись в поклоне на колени.
– Фамилия вашего покорного слуги – Цуй, а зовут меня Жусу. Я не сделал ничего необычного, к чему церемонии? – Благородный юноша по имени Цуй Жусу торопливо поднял девушку с пола.
Платье Ли Чжэньмэй было порвано, обнажилась ее белоснежная грудь. Цуй Жусу невероятно смутился, отступил назад и сложил руки в почтительном жесте, намереваясь уйти.
– Молодой господин Цуй, – чувственно и нежно позвала Ли Чжэньмэй, словно обращаясь к возлюбленному, а затем решительно бросилась к нему в объятия, взмолившись: – Прошу вас, не покидайте меня, мой благодетель!
Она воспылала к нему чувствами с первого взгляда, хотела отдаться ему полностью, не страшась последствий этого скандального поступка.
Взрывы свадебных хлопушек пробудили Ли Чжэньмэй от воспоминаний о прошлом. Счастливый час настал, Чжэн Ми, дочь Чжэн Цецзуна, и Юйвэнь Сюн завершили свадебный обряд.
Такой расклад событий полностью удовлетворял желаниям Кая, а значит, и ей ни к чему давать ему вино из трехцветных фиалок, стирающее память. Стоя перед окном, украшенным узором из цветков сливы, Ли Чжэньмэй вдруг оцепенела. Цуй Жусу послал людей с поздравлениями и богатыми дарами, преподнес Юйвэнь Каю лук и арбалет – трофеи с острова Шэдао. Ли Чжэньмэй прекрасно понимала скрытый смысл этого поступка.
Цуй Жусу – ее спаситель, но он же величайшее бедствие, посланное ей судьбой.
Один из членов ее семьи отдал жизнь за родину, а потому сегодня она в одиночку отправилась верхом в монастырь Аньго в окрестностях столицы, чтобы помолиться о домочадцах и попросить благословения у богов.
Перед воротами монастыря расположилось множество лавочек, торговавших курительными палочками, восковыми свечами, погребальными саванами, гробами и прочими религиозными предметами. Была середина дня, люди сновали туда-сюда толпами. Бумажные фонарики, вывешенные у входа, колыхались по ветру, а внутри лавки, продающей колокольчики, непрерывно звучал мелодичный звон: дин-дон, дин-дон. Услышав его, всякий проходящий замедлял шаг, а то и останавливался. Ли Чжэньмэй обожала слушать звон колокольчиков: он стучал по ее слабому сердцу, вздымая из глубин памяти мысли о былом.
Она купила курительные палочки, свечи, ритуальные бумажные деньги, трех жертвенных животных, а затем приказала слугам отнести два больших короба с едой в комнаты для постояльцев в боковом флигеле. Ли Чжэньмэй так хорошо знала это место, словно была у себя дома.